Смысловая и композиционная целостность текста

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Рассказчица очень любила ходить на уроки арифметики, которые вёл учитель по фамилии Круглов.

2. Русский язык преподавала рассказчице учительница по прозвищу Дрыгалка.

3. Рассказчица отвечала урок так, как её учили Павел Григорьевич и Анна Борисовна.

4. Дрыгалка осталась очень довольна тем, как ей ответила первый раз рассказчица.

5. Павел Григорьевич призывал рассказчицу видеть то, о чём она говорит.

(1) Сегодня опять арифметика, и Круглов с глазами, забившимися глубоко под лоб, объясняет так скучно — я всё время ловлю себя на том, что не слушаю. (2) Потом идёт урок русского языка, его преподаёт сама Дрыгалка. (3) Это тоже очень скучно: проходим имя существительное, склонения, падежи и т. д.; я это давно знаю, но тут уж я слушаю внимательно: я знаю, Дрыгалка мне ничего не простит! (4) И в самом деле, она вызывает меня и велит мне просклонять во всех падежах слово «подорожник». (5) Немножко подумав, я отвечаю ей урок, как учили меня Павел Григорьевич и Анна Борисовна:

— Именительный — около тропинки рос подорожник. (6) Родительный — мы увидели в траве листья подорожника. (7) Дательный — мы подошли к подорожнику. (8) Винительный — мы сорвали подорожник. (9) Творительный — мы вернулись домой с подорожником. (10) Предложный — ведь мы знали о подорожнике, что он целебная трава.

(11) Дрыгалка недовольно сморщивается.

— (12) Всегда у вас какие-то нелепые затеи, Яновская! (13) Надо говорить просто: именительный — так-то, родительный — так-то и так далее. (14) А вы тут целый роман наболтали!

(15) Я послушно затягиваю:

— Именительный — подорожник. (16) Родительный — подорожника. (17) Дательный — подорожнику. (18) Винительный — подорожник. (19) Творительный — подорожником. (20) Предложный — о подорожнике.

— (21) Ну, вот так правильно, — говорит Дрыгалка.

(22) Но мне не нравится. (23) Хорошо, да, но — скучно. (24) И я ничего не вижу из того, о чём говорю. (25) А Павел Григорьевич всегда, чем бы мы ни занимались: читали, делали грамматический разбор предложения, склоняли, спрягали, — всё равно Павел Григорьевич говорил мне: «Ты видишь всё это? — упирая на слово „видишь“. — (26) Надо видеть, иначе всё мёртво и скучно, а сама ты — сорока, больше ничего».

(27) От этого, читая стихотворение Лермонтова «Когда волнуется желтеющая нива», я видела и колыхание спеющей ржи или пшеницы, и лес, качающийся на ветру, и сливу в сизоватом налёте, и ландыш, — всё это я видела. (28) И подорожник я сегодня видела, когда склоняла: кустик закруглённых листьев с глубокими морщинками, которые с изнанки похожи на жилы, вздувшиеся на трудовых руках, и то, как колышется среди кустика стрелка подорожника. (29) Когда я была маленькая и угощала моих кукол обедом, стрелки подорожника изображали спаржу.

(30) «Пожалуйста, возьмите ещё спаржи! — просила я кукол очень вежливо. — (31) Это очень питательно».

(32) Дрыгалка, к сожалению, этого не понимает. (33) Она ничего не видит. (34) Она никого не видит. (35) Она видит только то, на что можно обрушить свою злость.

(По А. Я. Бруштейн)

Александра Яковлевна Бруштейн (1884–1968) — советский писатель, драматург, общественный деятель.

Какие из высказываний НЕ соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Все персонажи рассказа имеют имена.

2. Кирпич сразу доверился Кате: как только она протянула руку, он позволил себя погладить.

3. Катя сделала поводок для кирпича из ленты для волос.

4. Отец и мать Кати радостно восприняли появление Жоры в доме.

5. После того как отец выбросил кирпич из окна, Катя ушла из дома.

(1) Кошку — нельзя. (2) Собаку — нельзя. (3) Хомяка — нельзя. (4) А кого можно?

(5) Никого.

(6) Почему?

(7) Потому. (8) Не маленькая уже — соображать должна.

(9) Что соображать?

(10) То!

(11) Раньше было нельзя, потому что маленькая.

(12) Не делай из матери идиотку!

(13) Я и не делаю.

(14) Хотя бы лягушку?

(15) Нет.

(16) Червячка?

(17) Нельзя.

(18) Ну пожалуйста!

(19) Не беси меня!

(20) Катя осторожно закрыла за собой дверь и спустилась во двор.

(21) Посреди двора лежал кирпич — раньше Катя его не видела.

— (22) «Ты чей?» — заговорила Катя с кирпичом.

— (23) «Ничей». (24) «Бросили меня».

(25) Кирпич был красно-рыжий, из обожжённой глины, весь в сколах и выщербинах, один край сильно отбит. (26) Катя протянула руку, кирпич пугливо сжался, попятился, глядя на Катю.

(27) И всё-таки позволил себя погладить — желание ласки одолело страх удара.

(28) Катя расплела с головы ленту, привязала к кирпичу — получился поводок.

— (29) «Теперь ты мой». (30) «Я тебя не брошу».

(31) Девочка пошла по двору, кирпич захромал следом.

— (32) «Тебя как зовут?»

— (33) «Никак меня не зовут».

— (34) «Я буду звать тебя Жора».

— (35) «Зачем ты притащила в дом кирпич?»

— (36) «Ему было плохо». (37) «Это не простой кирпич». (38) «Это Жора». (39) «Он будет жить с нами».

(40) Кирпич жадно лакал молоко из блюдца. (41) Недоверчиво скашивал назад то один, то другой глаз, не прекращая лакания. (42) Девочка восторженными глазами смотрела на него, не веря в своё счастье.

— (43) «Вдруг он больной?»

— (44) «Он не больной!» (45) «Он хороший». (46) «Его бросили!»

— (47) «Хороших не бросают».

(48) Катя не ответила.

(49) Мама запнулась о кирпич и долго, с вдохновением ругалась.

— (50) «Он хотел поиграть с тобой», — оправдывала его Катя.

(51) Жора заполз под диван и затаился.

(52) В отличие от матери, отец не замечал его вовсе, не веря в способность глины ощущать жизнь. (53) При появлении отца Жора забирался на подоконник и тихо лежал там, рассматривая движение уставших людей, бредущих далеко внизу по земле.

(54) На ночь Катя укладывала кирпич на своей подушке и, обняв его, сразу же засыпала беззаботным детским сном.

(55) Кирпич лежал рядом и глядел на спящую Катю преданными глазами. (56) Осторожно выбирался из-под её руки, спускался на пол и бродил по квартире — наблюдал прекратившееся существование семейства, испытывая редкое для себя удовольствие безмятежности.

(57) Перед рассветом он возвращался к Кате, ложился в ногах и засыпал.

(58) Утром мама находила красно-рыжие следы на полу и привычно ругалась.

(59) Она ругалась, что из-за кирпича везде пыль, и что не продохнуть, и что, наверное, кирпич медленно их убивает.

(60) Однажды отец проснулся ночью и увидел напротив неподвижный тёмный силуэт.

(61) Он нащупал в темноте тапок и швырнул. (62) Жору как ветром сдуло, он ушёл в комнату Кати, и утренние красно-рыжие следы появляться перестали.

(63) Жора старался не попадаться на глаза, днём он предпочитал лежать под диваном, изредка выбираясь на подоконник — посмотреть на жизнь.

(64) Как-то раз отец пришёл домой раньше обычного. (65) Раздражённый. (66) Злой.

(67) Жора был на кухне, пил воду из миски. (68) Проскользнуть в комнату Кати незаметно от отца он не успевал.

(69) Отец увидел его. (70) Жора припал к полу и ждал, поняв, что будет дальше.

— (71) Что ты тут прикидываешься живой тварью? (72) Кирпичи не пьют воду!

(73) Он вдруг пнул Жору, вложив в удар давно копившуюся ненависть к поддельной жизни, и запрыгал на одной ноге. (74) Лицо его оскалилось от боли и бешенства.

— (75) Зараза! (76) Вы видели — он сломал мне палец!

— (77) Папа, это ты его пнул.

(78) Катя подняла Жору и, прижимая к груди, убежала к себе, заперлась.

(79) Отец ворвался. (80) Он выдернул кирпич из рук Кати и затряс им в воздухе.

— (81) Это кирпич! (82) Всего лишь кирпич. (83) В нём нет ничего живого. (84) Это мёртвая, бесчувственная глина.

(85) Пальцы отца впились в твёрдый керамический бок с нечеловеческой силой и начали крошить. (86) Кирпич сжался в руке, чувствуя, как разрушается его тело, и, не имея сил вытерпеть боль этого разрушения, начал скрючиваться, сминаться, ища новое положение и форму своей жизни и не находя их. (87) Он побелел от боли. (88) Отец распахнул окно и бросил кирпич вниз.

(89) Сердце Кати оторвалось и полетело в бесконечную, бездонную пропасть.

(90) Катя побежала следом в эту пропасть, с каждой ступенькой исчерпывая остатки надежды, с каждым пролётом проваливаясь в страшное, неминуемое.

(91) Большое красное пятно на треснувшем асфальте запечатлело последнее движение жизни и мгновенно наступившую за ним неподвижность. (92) Мелкие кусочки обожжённой глины лежали, разметавшись, заполнив собой всё вокруг. (93) Нашлось несколько обломков покрупнее. (94) Катя принялась складывать их друг с другом, но они не соединялись, разваливаясь в бесформенную кучу. (95) Тихие слёзы текли по Катиному лицу, мешая видеть новый мир. (96) Она отодвигала их руками, и лицо её делалось красным от потёков кирпичной пыли.

(97) Дворник Галактион принёс старую ненужную коробку от обуви и помог собрать останки.

(98) Девочка с крепко прижимаемой к груди ношей села в поезд.

(99) Некоторые из людей замечали её, удивлялись, что такая маленькая девочка едет одна, порывались заговорить, расспросить или даже помочь. (100) Но, подойдя и заглянув в её глаза, поспешно уходили прочь.

(По А. Феденко*)

*Александр Феденко (род. в 1977 г.) — прозаик, сценарист, член Союза писателей Москвы.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Рассказчик испытывал неловкость, потому что знал, что изображение Сикстинской мадонны вызывает у людей восхищение, а он, не видевший картины, не понимал причины этого чувства.

2. Созерцание картины произвело сильное впечатление на рассказчика.

3. Рассказчику казалось, что мать, склонившаяся над младенцем, хотела защитить его от будущего.

4. Рассказчик ощутил гордость за человечество, которое воспевает материнство.

5. Изображение Сикстинской мадонны побудило рассказчика произнести слова молитвы, выражающие преклонение человека перед любовью матери к сыну.

(1) Сегодня утром я шёл по улицам Старого Дрездена. (2) На душе было неприятно и неловко: шёл я смотреть её, прославленную Сикстинскую мадонну. (3) Ею все восхищаются, ею стыдно не восхищаться. (4) Между тем бесчисленные снимки с картины, которые мне приходилось видеть, оставляли меня в совершенном недоумении: чем тут можно восхищаться. (5) Мне нравились только два ангелочка внизу. (6) И вот, — я знал, — я буду почтительно стоять перед картиною, и всматриваться без конца, и стараться натащить на себя соответственное настроение. (7) А задорный бесёнок будет подсмеиваться в душе и говорить: «Ничего я не стыжусь, — не нравится, да и баста!..»

(8) Я вошёл в галерею. (9) Большие залы, сверху донизу увешанные картинами. (10) Глаза разбегаются, не знаешь, на что смотреть, и ищешь в путеводителе спасительных звёздочек, отмечающих «достойное». (11) Вот небольшая дверь в угловую северную комнату. (12) Перед глазами мелькнули знакомые контуры, яркие краски одежд… (13) Она! (14) С неприятным, почти враждебным чувством я вошёл в комнату.

(15) Одиноко в большой, идущей от пола золотой раме высилась у стены картина. (16) Слева, из окна, падал свет. (17) На диванчике и у стены сидели и стояли люди, глазея на картину. (18) «Товарищи по несчастью!» — подумал я, смеясь в душе. (19) Но сейчас же поспешил задушить в себе смех и с серьёзным, созерцающим видом остановился у стены.

(20) И вдруг — незаметно, нечувствительно — всё вокруг как будто стало исчезать. (21) Исчезли люди и стены. (22) Всё больше затуманивались, словно стыдясь себя и чувствуя свою ненужность на картине, старик Сикст и кокетливая Варвара. (23) И среди этого тумана резко выделялись два лица — Младенца и Матери. (24) И перед их жизнью всё окружающее было бледным и мёртвым… (25) Он, поджав губы, большими, страшно большими и страшно чёрными глазами пристально смотрел поверх голов вдаль.

(26) И рядом с ним — она, серьёзная и задумчивая, с круглым девическим лицом, со лбом, отуманенным дымкою предчувствия. (27) Я смотрел, смотрел, и мне казалось: она живая, и дымка то надвигается, то сходит с её молодого, милого лица…

(28) А дымка проносилась и снова надвигалась на чистый девический лоб. (29) И такая вся она была полная жизни, полная любви к жизни и к земле… (30) И всё-таки она не прижимала сына к себе, не старалась защитить от будущего. (31) Она, напротив, грудью поворачивала его навстречу будущему. (32) И серьёзное, сосредоточенное лицо её говорило: «Настали тяжёлые времена, и не видеть нам радости. (33) Но нужно великое дело, и благо ему, что он это дело берёт на себя!» (34) И лицо её светилось благоговением к его подвигу и величавою гордостью. (35) А когда свершится подвиг… когда он свершится, её сердце разорвётся от материнской муки.

(36) Вечером я сидел на террасе. (37) На душе было так, как будто в жизни случилось что-то очень важное и особенное. (38) В воздухе веяло апрельскою прохладою, по ту сторону реки береговой откос зеленел весеннею травкою. (39) Город окутывался голубоватым туманом. (40) По мосту высоко, как будто по воздуху, пронёсся поезд, выделяясь чёрным силуэтом на оранжевом фоне зари.

(41) Я сидел, и вдруг светлая, поднимающая душу радость охватила меня — радость и гордость за человечество, которое сумело воплотить и вознести на высоту такое материнство. (42) И пока она, Сикстинская мадонна, есть, жить на свете весело и почётно. (43) И мне, неверующему, хотелось молиться ей.

(По В. В. Вересаеву)

Викентий Викентьевич Вересаев (1867–1945) — русский писатель, переводчик.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Марина и Женя любили московскую зиму, а Мае и Коле нравилось лето.

2. Женя стеснялся, поэтому сначала шёл немного в стороне от Коли и девочек.

3. Когда Марина была маленькая, она думала, что скульптура медведя сторожит зоопарк.

4. Женя считает, что гораздо интереснее изучать небо, чем землю.

5. Женя рассказывал ребятам, что геоморфологи изучают рельеф территории. молитвы, выражающие преклонение человека перед любовью матери к сыну.

(1) Хорошо идти по московским улицам зимой, в ранние сумерки. (2) Фонари ещё не зажжены. (3) Мягкий серо-белый свет окутывает город.

— (4) Хорошо? — спрашивает Женя, вдыхая морозный воздух.

— (5) Хорошо! — отвечает Марина. — (6) Знаешь, Женя, когда нас привезли из Борового, я так обрадовалась Москве, троллейбусам, домам! (7) И дождик шёл.

(8) Женя засмеялся:

— Я знаю, ты дождик любишь.

— (9) Да нет, не только.

(10) И Женя, и Марина, и Коля, и Мая — все они очень любят московскую зиму, но все они постеснялись бы выразить это вслух.

(11) Они идут по широкой Садовой улице: Женя — окружённый весёлыми, разрумянившимися девочками, и немного в стороне от них — Коля. (12) Но и он скоро присоединяется ко всей группе.

(13) Мая идёт рядом с Женей. (14) Она очень довольна, что сегодня у них неожиданная прогулка, да ещё с Женей. (15) Она мысленно уже записала её в своём дневнике как «встречу со студентом-географом». (16) Но тут же она забывает об этом. (17) Идти всем вместе по зимним московским улицам так хорошо! (18) Они идут по широкой Садовой, мимо зоопарка, мимо большого медведя, которого слепил скульптор Ватагин. (19) Когда Марина была маленькая, она думала, что этот медведь и правда сторожит зоопарк.

(20) Женя рассказывает: в этом маленьком доме жил Чехов и называл его комодом, а в этом доме с колоннами — знаменитая детская больница. (21) Они выходят на площадь Восстания, и Женя рассказывает о том, почему она так называется: о баррикадах, о революции 1905 года. (22) Ребята знали об этом, но Женя рассказывает очень интересно.

(23) Женя рассказывает о том, какими станут знакомые улицы через несколько лет. (24) Вот здесь вырастет высотный дом — лёгкий, стремительно летящий вверх. (25) И в разных концах Москвы поднимутся такие же. (26) В городе появятся новые парки, зазеленеют все улицы…

(27) Женя рассказывает, и перед ребятами словно заново встаёт их родной город — большая, прекрасная Москва, сердце Родины.

(28) Они идут по знакомым улицам, по бульварам.

— (29) А в этой школе я учился, — говорит Женя, останавливаясь у подъезда тёмно-красного двухэтажного дома.

— (30) А теперь тут учатся Коля и Лёня, — говорит Марина.

— (31) А в планетарий мы ходили всем отрядом, и я хотел стать астрономом.

— (32) И мы пойдём! — живо откликается Мая.

— (33) А почему вы стали географом? — спрашивает Коля.

— (34) Точнее — геоморфологом, — говорит Женя. — (35) Потому что землю ещё интереснее изучать, чем небо. (36) Мы, геоморфологи, изучаем рельеф территории.

— (37) А это очень важно? — спрашивает Марина с некоторым недоверием.

— (38) Очень. (39) Вот смотри — Москва. (40) Вы её любите, а знаете ли? (41) Очень мало, правда? (42) Сто таких прогулок, как наша, — и то не будете знать хорошо, а представьте теперь нашу страну…

(43) Женя останавливается на минуту.

— (44) Вот и до метро дошли, — говорит он. — (45) А вы знаете: чтобы построить его, надо было очень хорошо изучить нашу московскую землю, изучить породы, залегающие не только на поверхности, но и на большой глубине под Москвой. (46) А чтобы строить новые города, каналы — представьте себе, сколько нужно знать?

— (47) Немножко представляю, — сказала Марина. — (48) Я помню, как мы ехали из Борового… (49) А мы долго ехали!

— (50) И ты увидела тогда новые края, — сказал Женя. — (51) А вот когда я поехал в экспедицию, я впервые по-настоящему понял, какая наша страна огромная и богатая и сколько ещё нужно работать, чтобы узнать все её богатства и сделать нашу жизнь ещё прекраснее и полнее.

(По Э. М. Эмден)

Эсфирь Михайловна Эмден (1905–1961) — русская советская детская писательница, литературный редактор.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. К.Д. Ушинский говорил, что нельзя не ощущать любовь к людям, с которыми мы постоянно живём.

2. Сущность высокой педагогической культуры — воспитание чувств учителя.

3. Автор считает, что учитель должен встречаться со своими учениками только на уроках.

4. Обязательное обучение — это насилие над детской свободой: настоящая свобода — мир за окнами школы.

5. Формирование характера и мышления человека происходит в дошкольном и младшем школьном возрасте.

(1) К.Д. Ушинский писал, что мы можем сильно любить человека, с которым постоянно живём, и не ощущать этой любви, пока какое-нибудь несчастье не покажет нам всю глубину нашей близости. (2) Человек может прожить всю жизнь и не знать, как сильно он любил Отечество, если случай, например долговременное отсутствие, не обнаружит для него самого всю силу этой любви. (3) Я вспоминаю эти слова каждый раз, когда длительное время не вижу детей, не чувствую их радостей и огорчений.

(4) С каждым годом у меня всё больше крепло убеждение: одна из определяющих черт педагогической культуры — это чувство привязанности к детям. (5) Но если чувству, по словам К.С. Станиславского, «приказывать нельзя», то воспитание чувств учителя, воспитателя является самой сущностью высокой педагогической культуры. (6) Без постоянного духовного общения учителя и ребёнка, без взаимного проникновения в мир мыслей, чувств, переживаний друг друга немыслима эмоциональная культура как плоть и кровь культуры педагогической. (7) Важнейший источник воспитания чувств педагога — это многогранные эмоциональные отношения с детьми в едином, дружном коллективе, где учитель — не только наставник, но и друг, товарищ. (8) Эмоциональные отношения немыслимы, если учитель встречается с учениками только на уроке и дети чувствуют на себе влияние педагога только в классе.

(9) Конечно, нельзя противопоставлять мир, зажатый в чёрной классной доске, и мир, плывущий за стёклами. (10) Нельзя даже допустить мысли о том, что обязательное обучение — это насилие над душой человека, классная доска — порабощение детской свободы, а мир за окнами — подлинная свобода. (11) В годы, предшествовавшие работе в Павлышской школе, я много раз убеждался в том, какую огромную роль играет в жизни ребёнка учитель начальных классов. (12) Он должен быть для ребёнка таким же дорогим и родным человеком, как мать. (13) Вера маленького школьника в учителя, взаимное доверие между воспитателем и воспитанником, идеал человечности, который видит ребёнок в своём воспитателе, — это элементарные и вместе с тем самые сложные, самые мудрые правила воспитания, постигнув которые учитель становится подлинным духовным наставником.

(14) Одно из самых ценных качеств воспитателя — человечность, глубокая любовь к детям, любовь, в которой сочетается сердечная ласка с мудрой строгостью и требовательностью отца, матери. (15) Детство — важнейший период человеческой жизни, не подготовка к будущей жизни, а настоящая, яркая, самобытная, неповторимая жизнь. (16) И от того, как прошло детство, кто вёл ребёнка за руку в детские годы, что вошло в его разум и сердце из окружающего мира, — от этого в решающей степени зависит, каким человеком станет сегодняшний малыш. (17) В дошкольном и младшем школьном возрасте происходит формирование характера, мышления, речи человека. (18) Может быть, всё то, что приходит в ум и сердце ребёнка из книги, из учебника, из урока, как раз и приходит лишь потому, что рядом с книгой — окружающий мир, в котором малыш делает свои нелёгкие шаги от рождения до того момента, когда он сам может открыть и прочитать книгу.

(По В.А. Сухомлинскому)

Василий Александрович Сухомлинский (1918–1970) — основатель «Школы радости», автор трудов «Сердце отдаю детям», «Сто советов учителю» и др., член-корреспондент Академии педагогических наук.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Приятели шли по Тверскому бульвару и насвистывали мелодию.

2. Один из приятелей предложил сесть за столик в кафе.

3. Николай Борисыч уличал Василия Иваныча в фатовстве, а тот оправдывался.

4. Василий Иваныч проиграл деньги, которые нужно было внести за обучение своей дочки.

5. Василий Иваныч решил: он скажет жене, что потерял деньги.

(1) Ночью, часов в 12, по Тверскому бульвару шли два приятеля. (2) Один высокий, красивый брюнет в поношенной медвежьей шубе и цилиндре, другой — маленький, рыженький человек в рыжем пальто с белыми костяными пуговицами. (3) Оба шли и молчали. (4) Брюнет слегка насвистывал мазурку, рыжий угрюмо глядел себе под ноги.

— (5) Не посидеть ли нам? — предложил наконец брюнет, когда оба приятеля увидели тёмный силуэт Пушкина и огонёк над воротами Страстного монастыря.

(6) Рыжий молча согласился, и приятели уселись.

— (7) У меня есть к тебе маленькая просьба, Николай Борисыч, — сказал брюнет после некоторого молчания. — (8) Не можешь ли ты, друг, дать мне взаймы рублей десять — пятнадцать? (9) Через неделю отдам…

(10) Рыжий молчал.

— (11) Я не стал бы тебя и беспокоить, если бы не нужда. (12) Скверную штуку сыграла со мной сегодня судьба… (13) Жена дала мне сегодня утром заложить свой браслет… (14) Нужно ей за свою сестрёнку в гимназию заплатить… (15) Я, знаешь, заложил и вот… при тебе сегодня в карты нечаянно проиграл…

(16) Рыжий задвигался и крякнул.

— (17) Пустой ты человек, Василий Иваныч! — сказал он, покрививши рот злой усмешкой. — (18) Пустой человек! (19) Какое ты право имел садиться с барынями играть в карты, если ты знал, что эти деньги не твои, а чужие? (20) Ну, не пустой ли ты человек, не фат ли? (21) Постой, не перебивай… (22) Дай я тебе раз навсегда выскажу… (23) К чему эти вечно новые костюмы, эта вот булавка на галстухе? (24) К чему этот дурацкий цилиндр? (25) К чему это вечное хвастанье своими несуществующими знакомствами? (26) Знаком и с Хохловым, и с Плевако, и со всеми редакторами! (27) Когда ты сегодня лгал о своих знакомствах, у меня за тебя глаза и уши горели! (28) Лжёшь и не краснеешь! (29) А когда ты играешь с этими барынями, проигрываешь им женины деньги, ты так пошло и глупо улыбаешься, что просто… пощёчины жалко!

— (30) Ну оставь, оставь — ты не в духе сегодня…

— (31) Ну, пусть это фатовство есть мальчишество, школьничество… (32) Я согласен допустить это, Василий Иваныч… ты ещё молод… (33) Но не допущу я… не пойму одной вещи… (34) Как мог ты… сподличать? (35) Я видел, как ты, сдавая, достал себе из-под низу пикового туза!

(36) Василий Иваныч покраснел, как школьник, и начал оправдываться. (37) Рыжий настаивал на своём. (38) Спорили громко и долго. (39) Наконец оба мало-помалу умолкли и задумались.

— (40) Это правда, я сильно завертелся, — сказал брюнет после долгого молчания. — (41) Правда… (42) Весь я потратился, задолжался, растратил кое-что чужое и теперь не знаю, как выпутаться. (43) Совестно и людей, и самого себя… (44) Делаю массу глупостей, гадостей, из самых мелких побуждений, и в то же время никак не могу остановиться… (45) Скверно! (46) А ты, Николай Борисыч, не осуждай меня… не бросай камня…

(47) Николай Борисыч машинально, сам того не сознавая, протянул вперёд руку и… махнул ею. (48) Звук пощёчины нарушил тишину ночи… (49) Цилиндр слетел с головы брюнета и покатился по утоптанному снегу. (50) Всё это произошло в одну секунду, неожиданно, и вышло глупо, нелепо. (51) Рыжему тотчас же стало стыдно этой пощёчины. (52) Он уткнул лицо в полинялый воротник пальто и зашагал по бульвару. (53) Дойдя до Пушкина, он оглянулся на брюнета, постоял минуту неподвижно и, словно испугавшись чего-то, побежал к Тверской…

(54) Василий Иваныч долго просидел молча и не двигаясь. (55) Мимо него прошла какая-то женщина и со смехом подала ему цилиндр. (56) Он машинально поблагодарил, поднялся и пошёл.

(57) «Сейчас зуденье начнётся, — думал он через полчаса, взбираясь по длинной лестнице к себе на квартиру. — (58) Достанется мне от супруги за проигрыш! (59) Всю ночь будет проповедь читать! (60) Скажу, что потерял деньги…»

(По А. П. Чехову)

Антон Павлович Чехов (1860–1904) — русский писатель, прозаик, драматург.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Левитан был благодарен врачу за то, что тот снова вырвал его у смерти.

2. Сдержанность, замкнутость характера были одинаково свойственны Адольфу Ильичу и Исааку Ильичу Левитанам.

3. Левитан попросил брата уничтожить всю его переписку, оставив только письма лучшего друга — Антона Чехова.

4. Картины Левитана позволят проникнуть в его жизнь, так как в его личности тесно переплелись пути художника и человека.

5. Адольф Левитан ничего не рассказал биографам о жизни знаменитого брата, но оставил интересные воспоминания, опубликованные уже после его смерти.

(1) Ночь была особенно тяжёлой. (2) Больной страдал. (3) Сердце так болело, что казалось, будто сквозь него протягивают тугие верёвки. (4) Рядом — доктор, близкий, родной человек. (5) Он непрерывно слушает угасающий пульс Левитана. (6) Даёт лекарства, делает уколы и вновь слушает. (7) Удары более различимы, дыхание ровнее.

(8) Ещё раз доктор Трояновский вырвал Левитана у смерти. (9) Но каким напряжением сил, какой точностью врачебных мер!..

— (10) Спасибо, дорогой Иван Иванович, — скорее угадывает по губам, чем слышит Трояновский.

(11) Сколько таких тяжких ночей выдержит измученное сердце? (12) Доктор ушёл. (13) Левитан подозвал брата. (14) Адольф Ильич склонился над изголовьем больного. (15) Левитан просил принести все письма, присланные ему за многие годы, и сжечь их. (16) Возражать бессмысленно. (17) Да Адольф Ильич и сам поступил бы так же. (18) Замкнутость характера, редкая сдержанность были фамильными чертами. (19) Двери в личную жизнь у них обоих всегда плотно закрыты.

(20) Он исполнил суровый приказ брата. (21) Пачки писем летели в огонь. (22) На фоне почерневших от копоти стенок камина мелькали страницы, освещённые пламенем. (23) Левитан смотрел на борьбу красок: чёрной, жёлтой, оранжевой. (24) В памяти возникали имена людей, связанных с ним долгие годы. (25) Он видел, как языки пламени листали страницы с мудрыми, добрыми, а порой озорными строками, обращёнными к нему лучшими друзьями, в том числе и другом всей жизни — Антоном Чеховым. (26) Больше ста писем великого писателя поглотил огонь. (27) А вот и маленькая пачка скупого на слова, сдержанного, но так умеющего ценить человека — Валентина Серова…

(28) Мало мы знаем писем этого замечательного художника. (29) Их стало ещё меньше в трагический миг, когда Левитан прощался с жизнью. (30) В письмах — жизнь, которая окружала и питала талант. (31) Они полетели в огонь вместе с деловыми записками Третьякова и Остроухова, отзывами меценатов о картинах и вестями от родных, напоёнными скорбью. (32) Много из-за них было пережито, порой выстрадано, выпито унижения. (33) Всё — в огонь, безжалостно, ни о чём не сожалея. (34) Сердце скоро сдаст. (35) Левитан больше не верит в то, что поднимется. (36) Когда от последней пачки осталась горсть тёмно-серого пепла, похожая на какую-то фантастическую фигуру, больной облегчённо вздохнул.

(37) Левитан оставил нам своё искусство — наследство художника, он уничтожил письма — наследство человека. (38) Но в этой богато одарённой личности так тесно переплёлся путь художника и человека, что картины Левитана позволят нам дополнить кропотливый труд исследователей и проникнуть в его жизнь. (39) После смерти Левитана в его столе нашли завещательную записку: «Письма все сжечь, не читая по моей смерти. Левитан».

(40) Адольф Левитан в своё время ничего не рассказал биографам о жизни брата. (41) Он молчал, упорно, хладнокровно и стойко. (42) На все обращения к нему отвечал отказом. (43) Старший брат на тридцать три года пережил младшего и провёл последние годы в Ялте. (44) Многие местные жители помнили высокого человека с чёрной бородой, одетого в тёмное пальто, клетчатый шарф и старую фетровую шляпу. (45) Его часто видели на улицах Ялты. (46) Знали, что этот высокий человек с глубокой проседью в волосах, одинокий и замкнутый, — брат великого художника. (47) Он давал уроки рисования детям, получал маленькую пенсию и все дни проводил в ялтинской библиотеке, где у него даже было своё постоянное место. (48) Там привыкли к его молчаливости, замкнутости, отстранённости.

(49) Нет, он не написал никаких воспоминаний о брате, ничего о нём не рассказывал, даже уничтожил его документы. (50) Он не нарушил молчания.

(По С. А. Пророковой)

Софья Александровна Пророкова — искусствовед, известный как исследователь творчества И. Е. Репина и И. И. Левитана.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Царь пришёл к отшельнику, чтобы получить ответы на три вопроса.

2. Отшельник не хотел отвечать на вопросы царя, потому что не знал ответов на них.

3. Царь помог отшельнику вскопать огород.

4. Царь после разговора с отшельником не спал всю ночь.

5. Самое важное дело, по мнению отшельника, — делать добро другим людям.

(1) Пришёл царь к отшельнику.

— (2) «Я пришёл к тебе, отшельник, просить тебя дать мне ответы на три вопроса: какое время надо помнить и не пропускать, чтобы потом не раскаиваться? (3) Какие люди самые нужные, с какими, стало быть, людьми надо больше и с какими меньше заниматься? (4) И какие дела самые важные и какое поэтому дело из всех надо делать прежде других?»

(5) Отшельник выслушал царя, но ничего не ответил.

— (6) «Ты уморился, — сказал царь, — дай мне лопату, я поработаю за тебя».

— (7) «Спасибо», — сказал отшельник и, отдав лопату, сел на землю.

(8) Вскопав две гряды, царь остановился и повторил свой вопрос. (9) Отшельник ничего не ответил, а встал и протянул руку к лопате.

— (10) «Теперь ты отдохни; давай я», — сказал он.

(11) Но царь не дал лопаты и продолжал копать. (12) Прошёл час, другой; солнце стало заходить за деревья, и царь воткнул лопату в землю и сказал:

— «Я пришёл к тебе, мудрый человек, за ответами на мои вопросы. (13) Если ты не можешь ответить, то так и скажи мне, я уйду домой».

— (14) «А вот кто-то бежит сюда», — сказал отшельник. — (15) Посмотрим, кто это?»

(16) Царь оглянулся и увидал, что из леса бежал бородатый человек. (17) Человек держался за живот руками. (18) Подбежав к царю, он упал на землю и слабо застонал. (19) Царь вместе с отшельником раскрыл одежду человека. (20) В животе была рана. (21) Царь, как умел, обмыл её и своим платком и полотенцем отшельника перевязал. (22) Затем принёс свежей воды и напоил раненого. (23) Лёжа на кровати, раненый закрыл глаза и затих. (24) Царь же так устал от ходьбы и работы, что, прикорнув на пороге, тоже заснул и таким крепким сном, что проспал так всю ночь, и, когда утром проснулся, долго не мог понять, где он и кто тот странный человек, который лежит на постели и пристально смотрит на него блестящими глазами.

— (25) «Прости меня», — сказал человек слабым голосом, когда увидал, что царь проснулся и смотрит на него.

— (26) «Я не знаю тебя, и мне не за что прощать тебя», — сказал царь.

— (27) «Ты не знаешь меня, но я знаю тебя. (28) Я — тот враг твой, который поклялся отомстить тебе за то, что ты казнил моего брата и отнял у меня моё имущество. (29) Я знал, что ты пошёл один к отшельнику, и решил убить тебя, когда ты будешь возвращаться. (30) Но прошёл целый день, и тебя всё не было. (31) Тогда я вышел из засады, чтобы узнать, где ты, и наткнулся на твоих оруженосцев. (32) Они узнали меня, бросились на меня и ранили. (33) Я убежал от них. (34) Но, истекая кровью, я помер бы, если бы ты не перевязал мою рану. (35) Я хотел убить тебя, а ты спас мне жизнь. (36) Теперь, если я останусь жив и ты захочешь этого, буду как самый верный раб служить тебе и то же прикажу сыновьям моим. (37) Прости меня».

(38) Царь был очень рад тому, что ему так легко удалось примириться со своим врагом, и не только простил его, но обещал возвратить ему его имущество и, кроме того, прислать за ним своих слуг и своего врача. (39) Простившись с раненым, царь вышел на крыльцо, отыскивая глазами отшельника. (40) Прежде чем уйти от него, он в последний раз хотел попросить его ответить на заданные ему вопросы.

— (41) «В последний раз, мудрый человек, прошу тебя ответить мне на вопросы».

— (42) «Да ведь тебе уж отвечено», — сказал отшельник, глядя на стоявшего перед ним царя.

— (43) «Как отвечено?» — сказал царь.

— (44) «А как же?» — сказал отшельник. — (45) Если бы ты вчера не пожалел мою слабость, не вскопал за меня эти гряды, а пошёл бы один назад, тот молодец напал бы на тебя, и ты бы раскаялся, что не остался со мной. (46) Стало быть, самое настоящее время было то, когда ты копал гряды, и я был самый важный человек, и самое важное дело было мне добро сделать. (47) А потом, когда тот прибежал, самое настоящее время было, когда ты за ним ходил, потому что, если бы ты не перевязал его рану, он бы помер, не помирившись с тобой. (48) Стало быть, и самый важный человек был он, а то, что ты ему сделал, и было самое важное дело.(49) Так и помни, что самое важное время — одно: сейчас, а самое важное оно потому, что в нём одном мы властны над собой; а самый нужный человек — тот, с кем сейчас сошёлся, потому что никто не может знать, будешь ли ты ещё иметь дело с каким-либо другим человеком, а самое важное дело — ему добро сделать, потому что только для этого послан человек в жизнь».

(По Л. Н. Толстому)

Лев Николаевич Толстой (1828–1908) — русский писатель и философ.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Лис просит Маленького принца больше разговаривать, потому что только это поможет понять им друг друга.

2. Роза дорога Маленькому принцу, потому что он заботился о ней, отдавал ей всю душу.

3. Лис дарит Маленькому принцу на прощание букет роз.

4. Лис просит Маленького принца всегда приходить в одно и то же время.

5. Пообщавшись с Лисом, Маленький принц понял, что отвечает за тех, кого приручил.

(1) Лис долго смотрел на Маленького принца. (2) Потом сказал:

— Пожалуйста… приручи меня!

— (3) Я бы рад, — отвечал Маленький принц, — но у меня так мало времени. (4) Мне ещё надо найти друзей и узнать разные вещи.

— (5) Узнать можно только те вещи, которые приручишь, — сказал Лис. — (6) У людей уже не хватает времени что-либо узнавать. (7) Они покупают вещи готовыми в магазинах. (8) Но ведь нет таких магазинов, где торговали бы друзьями, и потому люди больше не имеют друзей. (9) Если хочешь, чтобы у тебя был друг, приручи меня!

— (10) А что для этого надо делать? — спросил Маленький принц.

— (11) Надо запастись терпеньем, — ответил Лис. — (12) Сперва сядь вон там, поодаль, на траву — вот так. (13) Я буду на тебя искоса поглядывать, а ты молчи. (14) Слова только мешают понимать друг друга. (15) Но с каждым днём садись немножко ближе…

(16) Назавтра Маленький принц вновь пришёл на то же место.

— (17) Лучше приходи всегда в один и тот же час, — попросил Лис. — (18) Вот, например, если ты будешь приходить в четыре часа, я уже с трёх часов почувствую себя счастливым. (19) И чем ближе к назначенному часу, тем счастливее. (20) В четыре часа я уже начну волноваться и тревожиться. (21) Я узнаю цену счастью! (22) А если ты приходишь всякий раз в другое время, я не знаю, к какому часу готовить своё сердце… (23) Нужно соблюдать обряды…

(24) Так Маленький принц приручил Лиса. (25) И вот настал час прощанья.

— (26) Я буду плакать о тебе, — вздохнул Лис.

— (27) Ты сам виноват, — сказал Маленький принц, — я ведь не хотел, чтобы тебе было больно, ты сам пожелал, чтобы я тебя приручил…

— (28) Да, конечно, — сказал Лис.

— (29) Но ты будешь плакать!

— (30) Да, конечно.

— (31) Значит, тебе от этого плохо.

— (32) Нет, — возразил Лис, — мне хорошо. (33) Вспомни, что я говорил про золотые колосья, на которые похожи твои волосы.

(34) Он сначала умолк. (35) Потом продолжил:

— (36) Поди взгляни ещё раз на розы. (37) Ты поймёшь, что твоя роза — единственная в мире. (38) А когда вернёшься, чтобы проститься со мной, я открою тебе один секрет. (39) Это будет мой тебе подарок.

(40) Маленький принц пошёл взглянуть на розы.

— (41) Вы ничуть не похожи на мою розу, — сказал он им. — (42) Вы ещё ничто. (43) Никто вас не приручил, и вы никого не приручили. (44) Таким был прежде мой Лис. (45) Он ничем не отличался от ста тысяч других лисиц. (46) Но я с ним сдружился, и теперь он — единственный в целом свете.

(47) Розы очень смутились.

— (48) Вы красивые, но пустые, — продолжал Маленький принц. — (49) Ради вас не захочется умереть. (50) Конечно, случайный прохожий, поглядев на мою розу, скажет, что она точно такая же, как вы. (51) Но мне она одна дороже всех вас. (52) Ведь это её, а не вас я поливал каждый день. (53) Её, а не вас накрывал стеклянным колпаком. (54) Её загораживал ширмой, оберегая от ветра. (55) Я слушал, как она жаловалась и как хвастала, я прислушивался к ней, даже когда она умолкала. (56) Она — моя.

(57) И Маленький принц возвратился к Лису.

— (58) Прощай… — сказал он.

— (59) Прощай, — сказал Лис. — (60) Вот мой секрет, он очень прост: зорко одно лишь сердце. (61) Самого главного глазами не увидишь.

— (62) Самого главного глазами не увидишь, — повторил Маленький принц, чтобы лучше запомнить.

— (63) Твоя роза так дорога тебе потому, что ты отдавал ей всю душу.

— (64) Потому что я отдавал ей всю душу… — повторил Маленький принц, чтобы лучше запомнить.

— (65) Люди забыли эту истину, — сказал Лис, — но ты не забывай: ты навсегда в ответе за всех, кого приручил. (66) Ты в ответе за твою розу.

— (67) Я в ответе за мою розу… — повторил Маленький принц, чтобы лучше запомнить.

(По А. де Сент-Экзюпери в пер. Н. Галь)

Антуан де Сент-Экзюпери (1900–1944) — французский литератор, эссеист, профессиональный лётчик.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Жизненным уроком может стать для каждого из нас только пример из книги.

2. Иногда бывают дни, когда без всяких видимых причин мы становимся вялыми, раздражительными.

3. Улыбка — рабочий инструмент учителя, поэтому, даже если ему грустно, он должен прикидываться весёлым и улыбаться.

4. Учитель отвечает и за каждого своего ученика, и за собственных детей.

5. Только чуткие ученики замечают, как учитель старается скрыть усталость.

(1) После недавнего урока литературы «о счастье», что разом огорчил и удивил искренностью ребят, вспомнились мне и другие произошедшие со мною случаи, о которых также захотелось рассказать своим ученикам. (2) Таких поучительных историй у меня очень много. (3) Пусть со стороны увидят, какими и впрямь замечательными бывают они, когда идут навстречу учителю, и как порой трудно ему, разбудившему их, во всём соответствовать им. (4) Не только книжный эпизод, но и жизненный случай, имеющий отношение к книге, может стать подлинным нравственным уроком, уроком, если можно так выразиться, на всю жизнь. (5) В серьёзном и важном, хотелось сказать ребятам, мы намного старше своего возраста, ибо наш возраст не только размер ноги, костюма, шапки, но и размер ума, нашей душевности.

(6) Не раз, наверное, замечали: бывают дни, когда не поймёшь, что с нами происходит. (7) Вроде бы и выспались, и дело своё ладно делаем, а настроение совсем вялое, раздражительное, никакое. (8) Ни с того ни с сего нагрубишь кому-то. (9) И от этого ещё больше становишься невесел.

(10) Случается то же самое и с учителями. (11) Нет, они не грубят (как могут, владеют собою), но в класс иногда приходят без улыбки, сердитыми, понурыми. (12) А без улыбки учителю — да ещё учителю литературы — нельзя. (13) Улыбка — наш рабочий инструмент, который, как говорил французский писатель Антуан де Сент-Экзюпери, поистине объединяет людей. (14) Её не вынешь из портфеля и не наденешь, как очки. (15) Она сама должна появиться. (16) Непритворная, точно не кому-то, а себе улыбаешься. (17) Однако, прежде чем добрым, чистым светом заискрятся глаза и исчезнут морщинки, надо, чтобы улыбнулась сама душа. (18) Освободилась от груза невесёлых мыслей, забот, неудач, проблем. (19) У всех бывают беды, потери. (20) Есть они и у нас. (21) Ведь учитель отвечает сразу за 30–40 ребят. (22) Отвечает не только перед собой, своей совестью, но и перед обществом, родителями, народом, наконец. (23) Если бы только за себя, то и хлопот бы никаких не было. (24) А тут за каждого. (25) Да ещё за двоих собственных детей и тех, с кем они дружат по лестничной площадке, спортивной или музыкальной школе, куда ходят по вечерам.

(26) Учитель — всегда на работе! (27) И лишь чуткая, открытая душа заметит, как старается он иногда спрятать своё плохое настроение, усталость. (28) Сердится, если не получается, вроде бы на вас, а в действительности гневается на себя. (29) Усталость как затупившийся карандаш: бумагу царапает, а рисунка нет. (30) Что, к примеру, делаем, когда запотело окно в автобусе или трамвае, а надо посмотреть, чтобы не проехать остановку? (31) Правильно, ладошкой стираем серую пелену влаги. (32) И вот оно, стекло — снова чистое, промытое, прозрачное, чистое. (33) Так же, только не ладошкой, а добрым словом, хорошим поступком, можно снять и пелену усталости, обиды, плохого настроения, чтобы яснее виделась дорога, по которой сообща идём или едем. (34) Вот и улыбнулось строгое, официальное лицо учителя, доверчиво и щедро открылась миру и ученикам его душа, потому что вы, ученики, помогли ему стать таким. (35) А помочь учителю — это и себе помочь. (36) Помогайте учителям!

(По Е. Н. Ильину)

Евгений Николаевич Ильин (1929–2017) — советский и российский педагог, автор оригинальной концепции преподавания литературы.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Накануне первого сентября рассказчик мечтает о том, чтобы все дети учились на одни пятёрки.

2. Перед началом учебного года учитель отправил поздравительные письма всем своим ученикам.

3. Рассказчик считает, что все дети одинаково представляют себе первого учителя.

4. Мысленно разговаривая со своими будущими учениками, учитель призывает их не бояться его.

5. По мнению рассказчика, молодые родители не знают «азбуку воспитания».

(1) Каждому из детей неделю назад я отправил поздравительное письмо, которое они, наверное, уже получили. (2) И, конечно же, не один раз попросили маму или папу, бабушку или дедушку перечитать его. (3) Вот что я писал.

(4) «Здравствуй, дорогой… (5) Я твой учитель. (6) Меня зовут Шалва Александрович. (7) Поздравляю тебя: ты поступаешь в школу, становишься взрослым. (8) Надеюсь, что мы с тобой станем большими друзьями и что ты будешь дружить со всеми ребятами в классе. (9) А знаешь, сколько у тебя будет товарищей? (10) Тридцать пять. (11) Школа у нас большая, в четыре этажа, с переходами. (12) Ты уже взрослый и поэтому сам должен найти свой класс. (13) Запомни, как это сделать. (14) Как только поднимешься по ступенькам главного входа, увидишь красные стрелки. (15) Следи за ними, и они приведут тебя в твой класс. (16) На дверях его нарисована ласточка. (17) А если всё же запутаешься — не бойся, тебе обязательно помогут найти дорогу ребята, которые дежурят в коридоре. (18) Я буду ждать тебя в классе, буду рад познакомиться с тобой!»

(19) Учитель.

(20) Нужно ли доказывать, что у многих ребят эти письма сейчас лежат под подушками? (21) Письма на цветной бумаге, адресованные им, из школы, от первого учителя!

(22) Но каков этот первый в его школьной жизни учитель?

(23) Нет сомнений: в каждой семье в последние дни только и говорят об учителе, который послал это письмо и который 1 сентября встретит своего воспитанника в школе. (24) Говорят по-разному — в зависимости от того, у кого что наболело в общении с ребёнком, у кого какая точка зрения на воспитание. (25) И в воображении каждого ребёнка его первый учитель, которого он ещё в глаза не видел, рисуется по-разному. (26) По-разному рисуются его облик и характер.

(27) В большинстве семей в воображении ребёнка родители и старшие создают образ всезнающего, доброго, чуткого, горячо любящего детей человека. (28) Однако в некоторых семьях суждения родителей и старших создадут в воображении ребёнка существо, строго следящее за любым малейшим проступком; оно будет наказывать — строго! — всех, кто не слушает старших, не ест всё, что даёт мама или бабушка, капризничает, шумит и шалит, оно выгонит из школы всех таких детей, оно… (29) Дети в таких семьях нарисовали бы первого своего учителя в облике Бабы-Яги или Буки. (30) А на другой день, придя в школу и увидев своего учителя, закричали бы что есть мочи, прильнув к матери: «Не хочу в школу!..»

(31) Почему создаётся в одних семьях облик учителя — доктора Айболита, в других — Бабы-Яги? (32) Ведь родителям шестилетних детей давно не страшны никакие Бабы-Яги и Буки, но они пугают ими своих малышей. (33) Почему? (34) Почему некоторые из них берут в союзники в воспитании своих детей этих героев, а не докторов Айболитов? (35) Почему они думают, что ребёнка легко воспитывать запугиванием? (36) Мой опыт мне подсказывает: молодые родители просто не знают азбуку воспитания.

(37) О чём я мечтаю в канун первого сентября, сидя до глубокой ночи за своим письменным столом? (38) Вот о чём: чтобы во всех старших классах школьники держали в руках самую красивую книгу и спешили на самый интересный урок, чтобы студенты всех вузов и колледжей тоже держали ту же самую красивую книгу и спешили послушать самую интересную лекцию. (39) А предмет, который заключён в этих книгах, о котором говорится на этих интересных уроках и лекциях, я бы назвал так: «Человек — созидатель Человека». (40) Педагогика становится обязательной наукой для всех, ибо быть воспитателем — гражданский долг каждого члена общества. (41) Далеко ли до исполнения этой мечты? (42) Как хочется приблизить её!

(43) А тем временем в школе я буду делать своё…

(44) Какие у вас очаровательные улыбки, дети! (45) Разве я имею право погасить их в классе?… (46) «Не бойтесь меня, дорогие мои, я совсем не злой! (47) Вы любите доктора Айболита? (48) Он же мой друг! (49) Вот видите, у нас есть общий любимец! (50) Вы все мне очень нравитесь, и я жду вас с нетерпением!» — мысленно говорю я своим будущим ученикам, глядя на их фотокарточки.

(По Ш. А. Амонашвили)

Шалва Александрович Амонашвили (род. в 1931 г.) — доктор психологических наук, профессор, академик Российской академии образования.

Какие из высказываний НЕ соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Учительница литературы, серьёзно повлиявшая на Н. М. Терентьеву, сразу пришлась ей по душе.

2. Писательница утверждает, что учительница литературы и преподаватели в университете влияли прежде всего на её мировоззрение.

3. Отмеченный Стругацкими разрыв между двумя частями человечества, подобный разлому тектонических плит, невозможно преодолеть, поэтому не нужно пытаться что-то изменить.

4. Слово само по себе уже действие.

5. Защищать диссертации гораздо полезнее, чем преподавать в школе.

(1) Я точно знаю: меня когда-то сформировали, изменили несколько конкретных человек. (2) И первая среди них была — наша учительница по литературе, которая на первых порах у меня даже вызывала внутренний протест: «Так на уроках не говорят!» (3) Так неформально, так от себя, через себя. (4) Потом была преподавательница латыни в университете, которая казалась мне пришедшей из старинной гимназии. (5) Так удивительно она говорила о латинской грамматике и поэзии, умудряясь говорить о культуре в целом. (6) И ещё несколько доцентов, профессоров, посидев на лекциях или позанимавшись на семинарах у которых, я становилась чуть другой. (7) Дело не в количестве обретённой информации или навыков. (8) Дело в мироощущении, в осознании чего-то самого важного.

(9) Русские писатели-философы братья Стругацкие, облачавшие свои философские вопросы и странные на первый взгляд ответы на них в форму «фантастической» прозы, пришли к пугающему выводу: человечество неизбежно (чем дальше, тем больше) раскалывается на две неравные части. (10) Разрыв с каждым годом становится всё заметнее, всё труднее преодолимей.

(11) Это как тектонический разрыв земных плит. (12) Уж мы-то точно ничего не можем с этим поделать. (13) Я это знаю. (14) И всё равно — мне кажется, что с людьми — не как с тектоническими плитами. (15) Я словом, своим словом, могу что-то поменять. (16) Слово — это поступок. (17) Словом можно убить. (18) Можно вернуть к жизни — правда, не всегда. (19) Остановить от последнего шага. (20) Объявить перемирие. (21) Остановить войну вообще. (22) Любую — в классе, в государстве, в мире. (23) Открыть глаза. (24) Поменять угол зрения. (25) Увидеть то, что скрыто. (26) Обнажить суть. (27) Вдохнуть в человека надежду. (28) И тогда он сможет то, что никогда бы и не попробовал сделать. (29) Спеть, прыгнуть, победить — врага, болезнь, даже смерть.

(30) Я вижу смысл в том, чтобы заставить по-другому думать Сашу Лудянову, Катю Бельскую, других мальчиков и девочек. (31) Гораздо больше смысла, чем написать диссертацию, ещё одну, двухсотую, по Гёте, Горькому или иному классику, ведь именно к этому нас готовили в университете.

(32) Я уговариваю себя. (33) Конечно, я уговариваю себя. (34) Я не писала диссертацию — полезную, бесполезную, и вряд ли напишу. (35) Я переводила статьи выдающихся физиков и математиков современности с немецкого и английского на русский. (36) Чтобы ускорить развитие науки. (37) Чтобы усилить раскол между теми, кто знает и хочет знать, и теми, кто не знает. (38) И не хочет знать. (39) Я не буду спешить. (40) Я разберусь.

(По Н. М. Терентьевой)

Наталия Михайловна Терентьева — современная писательница, работает в жанре городской прозы.

Какие из высказываний НЕ соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Речка, которая была далеко от Кешкиного дома, оказалась забита лесом, который принесло течением.

2. Ребята соревновались в прыжках по брёвнам, которые тонули под ногами.

3. Ветер, вырвавший у Людмилки из рук белую шёлковую косынку, отнёс её на самые дальние брёвна.

4. Толик сразу бросился на помощь Кешке, несмотря на то что чувствовал себя на брёвнах не очень уверенно.

5. Мишка, который считался чемпионом в прыжках по брёвнам, помог Кешке выбраться из воды, схватив того за ворот.

(1) Неподалёку от Кешкиного дома протекала речка. (2) В начале лета крикливые буксиры забили всю речку лесом. (3) Намокшие за долгое путешествие брёвна жались к берегу, как стадо усталых молчаливых тюленей. (4) Ребята постарше придумали игру, даже не игру, а просто так — занятие. (5) Они перескакивали по брёвнам с одного на другое. (6) Брёвна под ногами тонули, но в этом и был весь интерес. (7) Сколько великолепного, сосущего под ложечкой страха, сколько хвастливой гордости доставляла прыгунам эта затея! (8) Чемпионом на брёвнах считался Мишка.

(9) Однажды на берегу играли Кешка, Круглый Толик и Людмилка. (10) Мальчишки ходили по брёвнам у самого берега, а Людмилка сидела на песке и поддразнивала:

— (11) Слабо дальше!.. (12) Слабо дальше!..

(13) Мальчишки не очень-то слушали, что она там кричит, и скоро ей надоело их дразнить. (14) Она стала переплетать свои маленькие, с мизинец, косы. (15) Налетел ветер, вырвал у неё из рук белую шёлковую ленточку и отнёс на самые дальние брёвна.

(16) Людмилка заревела:

— (17) Моя ленточка!… (18) Теперь мне от мамы попадёт… (19) И всё из-за вас!…

(20) Кешка видел, что ветер вот-вот сбросит ленточку в воду. (21) Не раздумывая, он прыгнул на бревно подальше, потом на следующее. (22) Добрался до ленточки; только наклонился, чтобы её поднять, как брёвна расступились, и он провалился в воду. (23) Не успей Кешка вовремя расставить руки, случилась бы непоправимая беда.

— (24) Кешка утонул! — вскрикнула Людмилка.

(25) Толик, чувствовавший себя на брёвнах очень неустойчиво, прыгнул на берег и что есть мочи припустил к дому, за ним Людмилка, воя от страха, понеслась домой.

— (26) Мама!.. (27) Никому не скажешь? — выпалила она, врываясь в квартиру. — (28) Кешка утону-у-ул!..

— (29) Да что ты! — всплеснула руками Людмилкина мать, заперла дочку на ключ, быстро выскочила на лестницу и застучала по ступенькам тонкими каблуками.

(30) Кешка тем временем держался за брёвна, болтал ногами в воде, стараясь закинуть хоть одну наверх. (31) Но либо ботинки стали тяжёлыми, либо сил у Кешки осталось совсем мало — выкарабкаться ему не удавалось. (32) Пальцы немели. (33) Плечи опускались всё ниже.

— (34) Держись, Кешка!

(35) От забора, перескакивая через камни, размахивая руками для равновесия, мчался Мишка. (36) За ним, пыхтя, катился Круглый Толик.

(37) Мишка громко кричал:

— Держись!

(38) Кешка крепче вцепился в скользкую кору. (39) А Мишка вскочил на брёвна, прыгнул раз, другой… лёг на живот и схватил Кешку за ворот.

(40) От забора к речке бежали Кешкина мама, Кешкин сосед — шофёр Василий Михайлович, соседка тётя Люся. (41) И позади всех, осторожно пробираясь между камнями и досками, поспешала мать Людмилки.

(42) Сразу стало шумно. (43) Тётя Люся принялась тормошить Кешку, будто сомневаясь, он ли это. (44) А Кешкина мама опустилась на жёлтые камни и заплакала. (45) Ребята прижались друг к другу; они почти оглохли от шума, оторопели от такого яростного внимания… (46) А Кешка посмотрел на маму и произнёс добрые слова:

— (47) Ну чего ты, ма?… (48) Ну чего?… (49) Я ведь не утонул, а ты плачешь!…

(По Р. П. Погодину)

Радий Петрович Погодин (1925–1993) — русский советский писатель, поэт, сценарист, художник, детский писатель.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Автор пытался использовать для переноски вёдер с водой коромысло, но у него плохо получилось, и он продолжил носить вёдра в руках.

2. В Приокско-Террасном заповеднике автор любовался зубрами.

3. Ели нужно беречь прежде всего потому, что они используются в качестве материала для изготовления музыкальных инструментов.

4. Ели могут расти не в любом климате.

5. Для изготовления мебели используются разные породы деревьев.

(1) Ясное морозное зимнее утро. (2) По узкой деревенской тропке шагаю с ведром на родник. (3) Лет мне пока не так много, чтобы за один раз принести два ведра воды. (4) Это потом уже будут и две объёмистые оцинкованные посудины, и даже коромысло. (5) По примеру бабушки отправлюсь к источнику хорошо вооружённым деревенским вспомогательным устройством, но не смогу балансировать вёдрами — стану ходить по-прежнему.

(6) Вот, значит, невеликим мужичком иду к оврагу, глубокому и заснеженному, где струится чистый, никогда не замерзающий ручей. (7) Вижу наверху, за белым провалом, за небесно синеющими сугробами, зелёные ёлочки. (8) И почему-то радостно на душе становится и хочется вприпрыжку бежать в овраг, чтобы потом, уже на выходе из него, обернуться и снова приметить зелёные живые деревца. (9) Вместе с ними и я доволен прозрачностью небесной, белизной снегов и бодрым, не очень сильным морозцем.

(10) Потом, уже летом, не раз ходил мимо тех ёлочек за три километра в соседнее село. (11) И всегда встречал их на дороге — пообочь тропки — с такой восторженной радостью, словно ничего не видел на земле более прекрасного! (12) А может, и вправду не видел такого, чтоб вровень с их густой изумрудной прелестью: в нашей деревушке, затерянной по февралю в снегах, а по июлю в черёмуховых овражистых дебрях, не было ни картинных галерей, ни даже клуба.

(13) Сейчас мне уже под семьдесят, но всегда с замиранием сердца вспоминаю те ёлочки. (14) Не могу объяснить, что со мной, — иногда аж слеза прошибает: дорогие вы мои, ненаглядные!

(15) Дни меж тем продолжались чередой годов; многие события, встречи становились привычными, потихоньку стирались воспоминания. (16) Но никуда не ушли те дни, когда водили ноги досужего зрителя по заповедной целине Приокско-террасных ельников, по дивному тамошнему заповеднику. (17) Ели тут были особенными. (18) Сам заповедник, со всеми его растениями и животными, необычайно интересен. (19) Одни зубры чего стоят! (20) Где ещё увидишь могучих великанов, существовавших в пору древнеславянских народов? (21) Но что касается заповедного елового подроста… (22) Тут держишь ухо востро!

(23) По ту сторону Оки, на лесостепном или степном юге, трудновато уже встретить ёлочку, произрастающую вполне естественно. (24) В средней полосе России для подобных деревьев природой положен предел, проведена невидимая черта, объясняемая особенностями российского климата. (25) Взять хоть влагу, до которой ели весьма охочи, — маловато её в степях, разве не так? (26) В климате более сухом и жарком выстоять маленькой ёлочке, быстро подрасти, чтобы поглубже в землю пустить корни и набрать силу, не так-то легко. (27) Даже искусственные лесонасаждения, где подросту обеспечен заботливый уход, получаются, говоря языком лесоводов, нерентабельными, и сосны имеют предпочтение среди хвойных пород. (28) Аккуратные зелёные строчки молодых сосен я встречал даже на степном Дону. (29) А вот еловых посадок не видел.

(30) Высоко ценится ель в деревообработке, в бумажном производстве, в изготовлении певучих музыкальных инструментов… (31) Но как оценить красоту её чудесного зелёного убранства посреди русских снегов?

(32) Природа наша столь удивительна, что возникает желание быть с ней заодно в стремлении жить, побеждать трудности и быть полезным людям. (33) Бывали у меня радостные, счастливые дни. (34) Бывали и такие, когда деловой настрой заставлял понимать, что важно в повседневном, полном всяческих хлопот, быту людей. (35) Кому книжку подавай, кому скрипку, кому дрова для печки, кому плахи какие-нибудь для строительства дома… (36) Кто-кто, а лесоводы знают, для чего пестуют искусственные посадки.

(37) Но болит и болит сердце за еловый лес… (38) За те ельни, как называли в старину влажные лесные места с преобладанием этой породы хвойных, за те посадки в заказниках, где молодые ёлочки подвергаются беспощадному наступу. (39) Кто на них, бедных, наступает в наши времена? (40) Зачастую дикие заготовители стремятся срубить дерево крупное и сильное, чтобы взять от него пышную верхушку.(41) Кроме того, в больших посадках, где способную охрану не поставишь, полным ходом идёт заготовка дров. (42) Может, найдутся такие, что станут мне возражать, но откуда тогда в молодых лесах столько безобразных пней, а?

(43) Берегите чудо природы, берегите красавиц, особенно в предновогодние дни. (44) Молодые ёлочки — они ведь для всего и для всех. (45) Молодёжь для страны — золотой фонд. (46) Зелёные красавицы заказников — благо для русского леса. (47) Нежные эти ёлочки — молодёжь вполне достойная.

(По Б. Колесову)

Борис Колесов — российский писатель, журналист, сценарист.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Выдающиеся поэты на самом деле только выражают то, что прежде уже существовало у кого-то, но выражения не находило.

2. Гениальный поэт способен передать читателям не только форму для выражения мыслей и чувств, но и сами мысли и чувства.

3. Великие истины просты.

4. Творчество А.С. Пушкина положило начало самобытности русской литературы.

5. А.С. Пушкин написал поэму «Медный всадник».

(1) Сокровища, дарованные нам Пушкиным, действительно велики. (2) Первая заслуга великого поэта в том, что через него умнеет всё, что может поумнеть. (3) Кроме наслаждения, кроме форм для выражения мыслей и чувств, поэт даёт и сами формулы мыслей и чувств. (4) Богатые результаты совершеннейшей умственной лаборатории делаются общим достоянием. (5) Высшая творческая натура влечёт и подравнивает к себе всех. (6) Поэт ведёт за собой читателя в незнакомую ему страну, в тонкой и благоуханной атмосфере которой возвышается душа, улучшаются помыслы, утончаются чувства.

(7) Отчего с таким нетерпением ожидается каждое новое произведение великого поэта? (8) Оттого, что всякому хочется возвышенно мыслить и чувствовать вместе с ним; всякий ждёт, что вот он скажет мне что-то прекрасное, новое, чего нет у меня, чего недостаёт мне; но он скажет, и это сейчас же сделается моим. (9) Вот отчего и любовь, и преклонение перед великим поэтом, вот отчего и великая скорбь при его утрате. (10) Без него образуется пустота, умственное сиротство: не с кем думать, не с кем чувствовать.

(11) Легко ощутить удовольствие и восторг от изящного произведения, а подметить и проследить своё умственное обогащение от того же произведения довольно трудно. (12) Всякий говорит, что ему то или другое произведение нравится, но редкий осознаёт и признаётся, что он поумнел от этого произведения. (13) Многие полагают, что поэты и художники не дают ничего нового, что всё, ими созданное, было и прежде где-то, у кого-то, но оставалось под спудом, потому что не находило выражения. (14) Это неправда.

(15) Ошибка происходит оттого, что все вообще великие научные, художественные и нравственные истины очень просты и легко усваиваются. (16) Но как они ни просты, всё-таки предлагаются только творческими умами, а обыкновенными умами только усваиваются, и то не вдруг и не во всей полноте, а по мере сил каждого.

(17) Пушкиным восхищались и умнели, восхищаются и умнеют. (18) Наша литература обязана ему своим умственным ростом. (19) И этот рост был так велик, так быстр, что историческая последовательность в развитии литературы и общественного вкуса была как будто разрушена и связь с прошедшим разорвана. (20) Русская литература в одном человеке выросла на целое столетие.

(21) Пушкин застал русскую литературу в период её молодости, когда она ещё жила чужими образцами и по ним вырабатывала формы, лишённые живого, реального содержания, — и что же? (22) Он сам оставил образцы, равные образцам литератур зрелых, образцы, совершенные по форме и по самобытному, чисто народному содержанию.

(23) До Пушкина у нас литература была подражательная, вместе с формами она принимала от Европы и разные исторически сложившиеся там направления, которые в нашей жизни корней не имели. (24) Отношение писателей к действительности не было непосредственным, искренним; писатели должны были избирать какой-нибудь условный угол зрения. (25) Высвобождение мысли из-под гнёта условных приёмов — дело нелёгкое, оно требует громадных сил. (26) Прочное начало освобождению нашей мысли положено Пушкиным: он первый стал относиться к темам своих произведений прямо, непосредственно, он захотел быть оригинальным и стал таким — стал самим собой.

(27) Всякий великий писатель оставляет за собой школу, оставляет последователей, и Пушкин оставил школу и последователей. (28) Что это за школа, что он дал своим последователям? (29) Он завещал им искренность, самобытность, он завещал каждому быть самим собой, он дал всякой оригинальности смелость, он дал смелость русскому писателю быть русским. (30) Ведь это только легко сказать! (31) Ведь это значит, что он, Пушкин, раскрыл русскую душу. (32) Теперь нам остаётся только желать, чтобы Россия производила поболее талантов, пожелать русскому уму поболее развития и простора; а путь, по которому идти талантам, указан нашим великим поэтом.

(По А. Н. Островскому)

Александр Николаевич Островский (1823–1886) — русский драматург, творчество которого стало важнейшим этапом развития русского национального театра.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Жизненный экзамен пересдать невозможно.

2)Принимая решение, чаще всего нельзя провести точный расчёт его последствий.

1. Человек не может переложить ответственность за своё решение на другого.

2. Чтобы научиться правильно сдавать жизненные экзамены, нужно сначала научиться сдавать экзамены школьные.

3. Ответственные решения целесообразно принимать, опираясь на результаты голосования.

(1) Между экзаменами в школе и жизненным экзаменом существует огромная разница. (2) В школе ученики сдают экзамен, в случае неудачи иногда пересдают. (3) Жизненные экзамены — это поступки, их не сдают, а совершают, и в случае неудачи иногда серьёзно расплачиваются. (4) «Перепоступить» невозможно — возможно только решиться на новый поступок в уже изменившейся ситуации.

(5) На школьном экзамене в интонации ответа ученика, а иногда и в самой формулировке ответа звучит оттенок неуверенности: «скорее всего», «мне кажется», «я думаю». (6) При оценке ученика традиционно учитывается лишь совпадение его ответа с правильным, степень уверенности ученика в правильности его ответа учитывается очень мало. (7) В жизни же надо не просто высказаться о возможных действиях — нужно решиться на их выполнение, на поступок.

(8) Если прогноз последствий однозначен, то выбор действий не представляет трудностей, а просто требует точного расчёта. (9) Но в жизни прогноз будущего, включающего и результаты собственных действий, чаще всего носит вероятностный характер. (10) И вот, имея лишь вероятностный прогноз будущего, человек должен решиться на вполне определённое действие. (11) И чем неопределённее прогноз результата, тем труднее становится решиться на определённые действия, на определённый поступок.

(12) Каждый человек на всём протяжении своей жизни стоит перед необходимостью принимать решения, порой очень важные и нелёгкие, чреватые серьёзными последствиями. (13) Мать решает, как разумнее распорядиться делами ребёнка в сложной ситуации, и от её решения зависит будущее ребёнка. (14) Учитель решает вопрос о воспитании своих учеников, и от этого зависит, каким будет следующее поколение. (15) От решения, которое принимает врач, зависит здоровье, а порой и жизнь человека. (16) И каждый раз, принимая решение, человек берёт на себя ответственность за его последствия.

(17) Принимая решение, человек берёт на себя ответственность перед законом, перед людьми, перед совестью. (18) Нередко возникает желание уклониться от принятия решения, снизить свою ответственность. (19) Стремление уйти от принятия решения (и от ответственности!) довольно широко распространено, хотя и не всегда осознаётся. (20) Однако попытки переложить на кого-то принятие решения — это иллюзия, самообман. (21) Ведь это не чьё-то, а моё решение поступить так, как кто-то мне посоветовал (или даже приказал). (22) Значит, я (или в том числе и я) несу ответственность за последствия своих действий. (23) Это, впрочем, не значит, что не нужно следовать чужим советам.(24) Надо только помнить, что ты сам принял решение, чьему совету следовать, и сам отвечаешь за это решение.

(25) Так как же быть в ситуации, когда необходимо принять ответственное решение? (26) Нужно собрать друзей или коллег и принять решение коллективно?

(27) Но опыт показывает, что коллективно принятое решение (принятое по голосованию большинством) может оказаться хуже, чем решение любого участника этого голосования, если бы он был один и чувствовал на себе полную ответственность. (28) Такая попытка принятия «коллективного решения» ведёт к коллективной безответственности: любой участник голосования может разрешить себе не чувствовать на своих плечах полный груз ответственности.

(29) Но возможен другой тип совещания, когда задача его участников — изложить свои соображения и аргументацию, а задача руководителя — принять решение. (30) Такой совет, безусловно, полезен.

(31) Именно таким был знаменитый военный Совет в Филях в 1812 году. (32) После Бородинской битвы пытаться остановить французов значило для русской армии понести новые большие потери. (33) Кутузов склоняется к решению без боя сдать противнику Москву. (34) Война же, полагал он, всё равно будет выиграна.

(35) Однако вряд ли Кутузов считал, что при такой тактике победа обеспечена стопроцентно; ведь если бы это было так, то и Наполеон осознал бы это и не полез в ловушку. (36) Принимая решение, Кутузов брал на себя колоссальную ответственность перед историей, перед народом, перед Богом.

(37) И фельдмаршал собирает генералов на военный совет.(38) Он выслушивает мнения и, взвесив их, принимает решение — знаменитое «Приказываю отступать!». (39) Ответственность за это решение он целиком взял на себя.

(40) И в науке, и в экономике, и в политике наилучшие решения далеко не сразу получают всеобщее понимание и одобрение и легко могут быть отвергнуты большинством голосов. (41) Иногда разумно большинством голосов не решение принимать, а выбирать того, кому можно доверить и поручить поиск и принятие наилучшего решения.

(По И. М. Фейгенбергу)

Иосиф Моисеевич Фейгенберг (1922–2016) — психофизиолог, профессор, автор научных статей и книг.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Егор Полушкин был очень хорошим плотником, настоящим мастером своего дела.

2. Прораб, поручивший Егору копать траншею, не был доволен его работой.

3. Жена Егора Полушкина не осуждала его и поддерживала мужа во всём.

4. Полушкин согласен выполнять любую работу, если ему предоставлена возможность по-настоящему качественно её сделать.

5. Перемена мест работы для Егора Полушкина связана с тем, что он не способен терпеть недобросовестный подход к порученному делу, не согласен на заработок любой ценой.

(1) Когда вхожу в лес, я слышу Егорову жизнь. (2) В хлопотливом лепете осинников, в сосновых вздохах, в тяжёлом взмахе еловых лап. (3) И я ищу Егора. (4) Я нахожу его в июньском краснолесье — неутомимого и неунывающего. (5) Я встречаю его в осенней мокряди — серьёзного и взъерошенного. (6) Я жду его в морозной тишине — задумчивого и светлого. (7) Я вижу его в весеннем цветении — терпеливого и нетерпеливого одновременно. (8) И всегда поражаюсь, каким же он может быть разным — разным для людей и разным для себя. (9) И разной была его жизнь — жизнь для себя и жизнь для людей. (10) А может быть, все жизни разные? (11) Разные для себя и разные для людей? (12) Только всегда ли есть сумма в этих разностях? (13) Представляясь или являясь разными, всегда ли мы едины в своём существе?

(14) Егор был единым, потому что всегда был самим собой. (15) Он не умел и не пытался казаться иным — ни лучше, ни хуже. (16) И поступал не по соображениям ума, не с дальним прицелом, не для одобрения свыше, а по совести, так, как велела совесть.

(17) Вот не задалась у Егора Полушкина на новом месте привычная работа. (18) Правда, первых два месяца, когда топориком для Фёдора Ипатовича от солнышка до солнышка позванивал, всё вроде нормально шло. (19) Фёдор Ипатович хоть и руководил им, однако взашей не подталкивал, свою выгоду соблюдая. (20) Мастера торопить нельзя, мастер — сам себе голова: это всякий хозяин сообразит. (21) И хоть и бегал вокруг, и кипятил кровь, а особо подгонять не решался. (22) И Егор работал, как сердце велело: где поднажать, где передохнуть, а где и отойти, присесть на брёвнышко, на работу со стороны глянуть. (23) Да не торопливо, не в задыхе — спокойно, вглядчиво, на три цигарки. (24) За эту работу кормили его с семейством ежедень, штаны старые дали и домишко. (25) В общем, Егор не сетовал, не обижался: по закону, по сговору всё было сделано. (26) Полмесяца он в новом жилье устраивался, неделю радовался, а потом пошёл работу искать. (27) Не за ради дома да удобства родственника — за ради хлебушка.

(28) Плотник есть плотник: за ним всегда работа бегает — не он за работой. (29) Тем более что весь посёлок труд Егоров видел, да и петух, его топором сработанный, с конька на весь белый свет кукарекал. (30) Так что взяли Егора, можно сказать, с поясным поклоном в плотницкую бригаду местной строительной конторы. (31) Взять-то взяли, а через полмесяца…

— (32) Полушкин! (33) Ты сколько дён стенку лизать будешь?

— (34) Дык ведь это… (35) Доска с доской не сходится.

— (36) Тебе, что ль, тут жить? (37) У нас план горит, премиальные…

— (38) Дык ведь для людей же…

— (39) Слазь с лесов! (40) Давай на новый объект!

— (41) Дык ведь щели.

— (42) Слазь, тебе говорят!..

(43) Слезал Егор. (44) Слезал, шёл на новый объект, стыдясь оглянуться на собственную работу. (45) И с нового объекта тоже слезал под сочную ругань бригадира, и снова куда-то шёл, на какой-то самоновейший объект, снова делал что-то где-то, топором тюкал, и снова волокли его, не давая возможности сделать так, чтобы не маялась совесть. (46) А через месяц вдруг швырнул Егор казённые рукавицы, взял личный топор и притопал домой за пять часов до конца работы.

— (47) Не могу я там, Тинушка, ты уж не серчай. (48) Не дело у них — понарошка какая-то.

— (49) Ах горе ты моё, бедоносец юродивый!..

— (50) Да уж что уж. (51) Стало быть, так, раз оно не этак.

(52) Откочевал он в другую бригаду, потом в другую контору, потом ещё куда-то. (53) Мыкался, маялся, ругань терпел, но этой поскаковской работы терпеть никак не мог научиться. (54) И мотало его по объектам да бригадам, пока не перебрал он их все, что были в посёлке. (55) А как перебрал, так и отступился: в разнорабочие пошёл. (56) Это, стало быть, куда пошлют да что велят.

(57) И здесь, однако, не всё у него гладко сходилось. (58) Но в мае — только земля вздохнула — определили его траншею копать. (59) Прораб лично по верёвке трассу ему отбил, колышков натыкал, чтоб линия была, по лопате глубину отметил:

— Вот до сих, Полушкин. (60) И чтоб по ниточке.

— (61) Ну, понимаем.

— (62) Грунт в одну сторону кидай, не разбрасывай.

— (63) Ну, дык…

— (64) Нормы не задаю: мужик ты совестливый. (65) Но чтоб…

— (66) Нет тут вашего беспокойства.

— (67) Ну, добро, Полушкин. (68) Приступай.

(69) Поплевал Егор на руки, приступил. (70) Землица сочная была, пахучая, лопату принимала легко и к полотну не липла. (71) И тянуло от неё таким родным, таким ласковым, таким добрым теплом, что Егору стало вдруг радостно и на душе уютно. (72) И копал он с таким старанием, усердием да удовольствием, с каким работал когда-то в родимой деревеньке. (73) А тут майское солнышко, воробьи озоруют, синь небесная да воздух звонкий! (74) И потому Егор, про перекуры забыв, и дно выглаживал, и стеночки обрезал, и траншея за ним еле поспевала.

— (75) Молоток ты, Полушкин! — бодро сказал прораб, заглянувший через три часа ради успокоения. — (76) Не роешь, а пишешь, понимаешь!

(По Б. Л. Васильеву*)

*Борис Львович Васильев (1924–2013) — русский писатель.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Будучи гениальным музыкантом, отец Мстислава Ростроповича давал большие гастроли за рубежом.

2. Мстислав Ростропович прекрасно знал творчество своего отца — выдающегося музыканта.

3. Семья Ростроповичей переехала в Москву, чтобы отец мог ярче проявить себя как музыкант.

4. Артисты Малого театра оперы и балета взяли с собой на гастроли в Орск мальчика в качестве виолончелиста.

5. Мстислав Ростропович считал своего отца великим виолончелистом.

(1) Я весь в долгах. (2) Я в долгу перед Россией. (3) Хоть я и родился в Баку, где мои родители жили пару лет. (4) Кстати, когда я стал главным дирижёром «Американской симфонии» — Национального симфонического оркестра Америки, на пресс-конференции в клубе журналистов одна газетная дама решила продемонстрировать эрудицию и тоном, показывающим, что мне не удастся «скрыть тёмные пятна в моей биографии», спросила: «Вот вы говорите, что вы русский, а ведь на самом деле вы родились в Баку, значит, вы азербайджанец!» (5) Я говорю: «Ну и что?» (6) Если кто-нибудь родится в Антарктиде, это значит, что он пингвин?»

(7) Но мой долг перед Россией — это долг не перед советской властью, это долг перед людьми, которые меня окружали, которым я обязан всем, и прежде всего тем, что именно я получил то, что им не досталось.

(8) Мой отец был великим виолончелистом. (9) Без преувеличения. (10) Я до сих пор не могу играть так, как отец. (11) Он был гениальным музыкантом. (12) Он играл на рояле с листа, как мог это сделать редкий пианист. (13) Чтобы я имел представление о музыкальной литературе, он покупал ноты и, едва принеся домой, играл мне с листа Рахманинова, Чайковского, и это уже во время эвакуации! (14) Я писал в то время фортепианный концерт, и отец считал необходимым расширять мой кругозор.

(15) Как пианист он играл всего Шопена. (16) Он и сочинял. (17) У него написаны четыре концерта для виолончели. (18) А как виолончелиста его знали и певцы, и музыканты, и дирижёры. (19) Он выступал с Неждановой и Головановым, с Гольденвейзером и Игумновым. (20) Он и с Собиновым выступал, знал Шаляпина, у меня хранится соната Рахманинова с надписью отцу, есть письмо Глазунова из Парижа, в котором он пишет отцу: «Никогда не забуду ваше блистательное исполнение моей любимой сонаты Шопена для виолончели».

(21) Но он никогда не искал признания, оваций, денег, спокойно оставаясь в тени. (22) Он и в Москву-то переехал из-за меня, чтобы я мог учиться здесь у лучших учителей. (23) Хотя лучшего, чем он, учителя я не знаю. (24) Но мы приехали в Москву, в нищенство, жили здесь в коммунальной квартире, где, кроме нас, жило ещё, наверное, человек сорок, у нас была полутёмная комната в Козицком переулке. (25) Когда я после шестнадцати лет жизни за рубежом снова приехал в Москву, я разыскал эту квартиру, и оказалось, что комната, где мы когда-то жили, вообще нежилая, это и прежде, до нас, был какой-то чулан, и сейчас снова стала она чуланом, а ведь мы там жили вчетвером.

(26) Когда в 1942-м в эвакуации не стало отца, у меня началась депрессия, я не хотел больше жить. (27) Вот тогда-то меня и стали брать с собой на гастроли артисты Малого театра оперы и балета. (28) Они хотели меня спасти. (29) Зимой, в жуткий холод, они отправились в Орск с мальчиком, тащившим за спиной казённую виолончель номер восемь.

(30) Нас ехало шестеро, я всех помню по именам. (31) Там были Ольга Николаевна Головина, солистка, Изя Рубаненко, пианист, аккомпаниатор, Борис Осипович Гефт, тенор, мой опекун в дальнейшем, Коля Соколов и Светлана Шеина — пара из балета, взрослые люди, заслуженные артисты. (32) И я. (33) Вошли мы в общий вагон, мне досталась боковая полка, на которую я и лёг, потому что ехали мы в ночь. (34) И сразу же погасили свет в вагоне, и каждый из взрослых стал не раздеваться, а, напротив, что-то дополнительно на себя надевать. (35) Потому что одеяльца нам выдали прозрачные.

(36) Мне нечего было на себя надеть, да и та одёжка, в которой я пришёл, была аховая. (37) Я скорчился под своим одеяльцем, и поезд тронулся. (38) Я никак не мог согреться и понял, что уже не согреюсь, в вагоне становилось всё холоднее. (39) Ночь, мрак, как в каком-то круге ада, умерший отец позади, впереди неизвестность, я еду куда-то никому не нужный. (40) И я, помню, подумал, как было бы замечательно сегодня во сне умереть. (41) И перестал сопротивляться холоду.

(42) Проснулся я в полной темноте, оттого что мне было жарко. (43) Одеяло стало почему-то толстым и тяжёлым. (44) Я пальцами в темноте начал перебирать его и обнаружил, что всего на мне лежит шесть одеял.(45) Каждый из ехавших со мной, не сговариваясь, в темноте укрыл меня собственным одеялом.

(46) Позже, когда меня уже лишили гражданства, я говорил друзьям, которые требовали от меня злобы: а вот за эти одеяла я ещё не расплатился. (47) И, может быть, никогда не расплачусь. (48) Вот эти пять артистов, мой отец и масса других людей, согревавших меня каждый по-своему, — это и есть моя страна, и я ей должен до сих пор.

(По М. Л. Ростроповичу)

Мстислав Леопольдович Ростропович (1927–2007) — советский и российский виолончелист, пианист и дирижёр, общественный деятель, педагог.

Какие из высказываний НЕ соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Женька мог воспользоваться возможностью не заходить домой, пока не уйдёт его учитель математики, но решил присутствовать при разговоре Василия Васильевича с родителями.

2. Василий Васильевич считает, что влияние школы на детей гораздо сильнее, чем влияние родителей.

3. Отец Женьки равнодушно относится к неуспеху своего сына в школе.

4. Женькина мама готова оставить свою работу ради того, чтобы её единственный сын успешно сдал экзамены и окончил школу.

5. В разговоре родителей Женьки с учителем математики Василием Васильевичем было найдено взаимопонимание.

(1) Уже взявшись за ручку двери, Женька услышал густой перекатывающийся бас.(2) Дома его ждал гость столь неприятный, что хоть поворачивайся и уходи. (3) Может, и в самом деле побродить по улице, пока незваный гость не уйдёт?..

(4) Гость-то уйдёт, а проблема останется. (5) И Женька, открыв дверь, обречённо шагнул через порог навстречу гремевшему басу.

(6) Посреди комнаты стоял учитель математики Василий Васильевич, размахивал длинной рукой и ораторствовал. (7) Отец и мать, пришедшие с работы на обед, сидели вокруг застланного скатертью стола и почтительно слушали. (8) Василий Васильевич считался одним из самых умных людей в их посёлке городского типа.

(9) Мать не оглянулась в сторону сына, отец лишь стрельнул сердитым глазом. (10) Василий Васильевич покосился, но речи своей не прервал.

— (11) Нет от природы дурных людей, есть дурные воспитатели! — гремел Василий Васильевич, и оконные стёкла отзывались на его голос. — (12) Мы, учителя, не справляемся с воспитанием, даём брак… (13) Согласен! (14) Подписываюсь! (15) Но!.. (16) Ведь в школе ученик проводит всего каких-нибудь шесть часов в сутки, остальные восемнадцать часов — дома! (17) Законно спросить: чьё влияние сильней на ребёнка? (18) Нас, учителей? (19) Или вас, родителей?..

— (20) Вы хотите сказать, Василий Васильевич… — начал было отец Жени.

— (21) Хочу сказать, Фёдор Андреевич, — голос Василия Васильевича стал твёрд, лицо величественно, — что когда вы в ущерб семье с раннего утра до позднего вечера пропадаете на работе, то не считайте, что это так уж полезно для общества. (22) Обществу, уважаемый Фёдор Андреевич, нужно, чтобы вы побольше отдавали времени своему сыну, передавали ему то, чем сами богаты. (23) Да! (24) Вы трудолюбивы, вы работоспособны, а сын, увы, этого от вас не перенял. (25) Не перенял он вашу кипучую энергию, не перенял и ваше чувство ответственности перед делом. (26) Не обижайтесь за мою прямоту.

— (27) Да что уж обижаться — вы правы, сына вижу только поздно вечером, когда с ног валюсь, — отмахнулся огорчённо отец. — (28) И мать тоже с утра до ночи занята — в больнице у неё дел по горло.

— (29) Василий Васильевич, спасибо вам, — подала голос мать. — (30) Что в наших силах, то сделаем. (31) Как-никак он у нас один.

— (32) Ну и прекрасно! (33) Ну и превосходно!.. (34) А я, со своей стороны, уверяю вас, тоже приложу все усилия, чтобы экзамены были сданы если не отлично, но хотя бы хорошо… (35) Под прицелом будешь у меня, голубчик, под прицелом!

(36) Василий Васильевич заметно подобрел. (37) Он и вообще-то не умел долго сердиться, а уж после того, как поговорит, поораторствует, громко, всласть отчитает своих старшеклассников, всегда становится мирным и ласковым. (38) Всё это уже хорошо знали и молчали, когда он выражал своё возмущение их невысокой работоспособностью.

(39) Он ушёл успокоенный и великодушный, родители проводили его до дверей.

(40) Отец вернулся в комнату, пнул стул, подвернувшийся на пути, и навис над Женей.

— (41) Достукался! (42) Краснеть за тебя приходится. (43) Не-ет, я приму меры!.. (44) Я найду способ усадить тебя за рабочий стол!..

(45) Мать прислонилась к стене и позвала:

— Подойди ко мне.

(46) Отец сразу умолк, а Женя, весь внутренне сжавшись, подошёл к матери. (47) Он с детства больше боялся тихого голоса матери, чем крика отца.

(48) Мать положила ему на плечо руку и стала молча вглядываться, долго-долго, в углах губ проступали опасные морщинки.

— (49) Женя… — (50) И замолчала, снова стала вглядываться сыну в лицо.

(51) Наконец заговорила:

— У меня сейчас в больнице человек в тяжёлом состоянии. (52) Я сейчас уйду к нему и вернусь очень поздно… (53) И завтра я должна быть там, в больнице, и послезавтра… (54) Должна я спасти этого человека?

— (55) Должна, — выдавил Женя, в тон матери, тихо.

— (56) Я спасу этого, появятся другие. (57) И мне снова нужно будет спасать… (58) А может, мне лучше заняться тобой? (59) Ты здоров, но ты так глуп и ленив, что нужно следить, как ты готовишься к экзаменам, хватать тебя за руку, силой вести к столу…

— (60) Эх! — (61) В полном расстройстве отец пнул ногой стул. (62) Было ясно, что с таким же удовольствием он отвесил бы пинок уже переросшему его сыну.

(63) У Женьки сжалось горло.

— (64) Мам… (65) Я всё… (66) Я сам справлюсь со своими делами… (67) Не надо тебе о них думать.

(68) Мать сняла с плеча сына руку, отвела глаза, выпрямилась, как струна, и как будто вся внутренне собралась.

— (69) У меня сейчас сложнейшая операция. (70) Я очень волнуюсь.

— (71) Мам! (72) Я сам… (73) Вот увидишь.

— (74) А я всё-таки приму меры! (75) Не-ет, я на самотёк не пущу! — (76) Отец решительно направился к зазвонившему в этот момент телефону.

— (77) Слушаю! (78) Что — платформ нет? (79) Выкатку приостановить?! (80) Да вы представляете, что может произойти?! (81) Нужны платформы — кровь из носу!.. (82) Сейчас буду, без меня ничего не предпринимать!

(83) И отец, схватив папку с документами, вылетел из дома, забыв о Женьке.

(По В. Ф. Тендрякову)

Владимир Фёдорович Тендряков (1923–1984 гг.) — советский писатель, автор произведений о духовно-нравственных проблемах, о жизни в деревне.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. При первом знакомстве с учителем на школьников наибольшее впечатление произвела его необычная одежда.

2. Учитель математики стремился быть похожим на Наполеона, поэтому закладывал ладонь руки за борт пиджака.

3. На своих уроках Николай Иванович часто рассуждал о пользе математики, забывая о том, что нужно решать примеры.

4. На первом уроке, который проводил новый учитель математики Николай Иванович Иголкин, стояла тишина.

5. Рассказчику горько вспоминать о том, как он и его одноклассники относились к учителю математики.

(1) Однажды на урок алгебры вместо нашей математички пришёл новый учитель — мужчина. (2) От самого его появления, внешности и первых произнесённых слов на нас повеяло чем-то необычным.

(3) Представьте себе невзрачного, бледного — без единой кровинки в лице — человека, с сияющими глазами, в отутюженных брючках, кургузом пиджачке и при галстуке. (4) Галстук нас, дураков, просто сразил. (5) Ничего подобного мы до сих пор не видели. (6) Но галстук что! (7) Мы были совершенно ошарашены его вступительной речью. (8) Ничего подобного мы ещё не слыхивали.

(9) Новый учитель, Николай Иванович Иголкин, сразу обратился к нам:

— Мы будем с вами изучать математику! (10) Вы знаете, что это за наука? (11) Нет, вы не знаете, какая это наука! (12) Математика — это наука о строении Вселенной!

(13) Он стоял перед нами ну прямо как какой-нибудь Наполеон: одна рука — на столе, словно опирается на карту сражения, другая — за бортом пиджака. (14) Он так и вошёл — с одной рукой на груди, что придавало всей его не очень казистой фигуре горделивую и, как вы догадываетесь, немного смешную осанку.

— (15) Да, дорогие мои, всей Вселенной. (16) Волшебные сочетания сил и элементов, порядок и стройность в движении электронов и небесных светил, чудесные соотношения атомов, которые составляют материю, — всё это математика. (17) Это не сухая, не скучная наука. (18) Она позволяет решать самые сложные задачи, которые ставит перед нами физика и всё, с чем мы сталкиваемся в жизни. (19) Она даёт возможность сделать сложное простым и понятным. (20) Я буду учить вас находить красивые и ясные решения, прозрачные, как небо!

(21) Мой сосед по парте толкнул меня в бок. (22) На его лице было сложное выражение. (23) Это и ироническая ухмылка, как в ту минуту наверняка и у меня, и у остальных сорока гавриков нашего класса. (24) Это и удовольствие — ещё бы! (25) Не каждый день удаётся послушать подобные речи. (26) Наконец, физиономия его отражала затаённую надежду: может быть, этот невесть откуда свалившийся нам на голову поэт от математики не станет преследовать нас с такой въедливостью, как это делала математичка. (27) Вместо ежедневного решения задач и примеров будем вдохновенно рассуждать о красоте и ясности, о гармонии и разуме Вселенной!

(28) Скажу сразу, жестоко ошибся мой друг. (29) Новый учитель даже подкрутил гайки. (30) Если математичка ограничивалась простым заучиванием, то Иголкин добивался понимания того, что мы заучиваем, почему так, а не иначе решаем задачу.

(31) Не успели мы как следует прочувствовать его речь, как он изумил снова. (32) Нет, не словами. (33) Своей правой рукой, которую вынул из-за борта пиджака. (34) Вместо ладони с пальцами у него оказалась двупалая клешня. (35) Улыбки с наших лиц сдуло. (36) Мы, замерев, смотрели на эту клешню, на мел, который она держала и который выписывал на доске аккуратный и ровный ряд чисел.

(37) Урок начался. (38) Он прошёл при стойком оцепенении всего класса. (39) Мы, дети военных лет, хорошо понимали, что может стоять за этой страшной рукой.

(40) Ни о своём ранении, ни о пребывании на фронте Иголкин никогда не рассказывал. (41) Мы не знали, где он воевал, в каком звании, сколько, был ли ещё ранен, имел ли награды. (42) Учитель демонстративно игнорировал свою изувеченность. (43) Он работал, учил нас алгебре, геометрии и не давал спуску нерадивым и лентяям. (44) Он бы, несомненно, завоевал целиком и полностью наш класс, если бы не его манера высокопарно изъясняться. (45) Теперь-то я понимаю, что это происходило от его влюблённости в математику, от горячего желания привить эту влюблённость нам.

(46) Что и говорить, наш возраст, то, что нас, мальчишек, была такая орава, а учитель ничем не выдавал своих трудностей, даже упорно писал именно правой рукой, хоть это давалось ему очень нелегко, — всё это мешало проявлению добрых чувств. (47) Привыкнув к его руке, мы проявляли бездушие. (48) Я признаюсь в этом с горьким упрёком, и прежде всего самому себе.(49) Какие-то душещипательные эпизоды из прочитанных книг трогали чувствительные струны моего сердца, а живой человек, который находился рядом, понимания, сочувствия не вызывал.

(50) Мы проявляли жестокость… (51) Вывести Иголкина из себя нам ничего не стоило. (52) И нам было неведомо, отчего изуродованная рука нашего учителя вдруг багровеет. (53) Откуда нам тогда было знать, что это происходит от прилива душевной боли? (54) Но один самый обыкновенный подслушанный разговор перевернул наши души.

(55) Весной мы с одноклассниками, Фимой и Аликом, пошли в Струковский сад. (56) Этот городской сад, с густыми зарослями кустов, крутыми склонами, многочисленными тропинками, занимал большое пространство на высоком берегу Волги. (57) Сбежали мы друг за другом по одной такой тропке на склоне, налетев в самом низу, к общему восторгу, друг на друга, как вдруг Алик, отлетевший в кусты, поворачивается к нам и с вытаращенными глазами шепчет:

— Тихо. (58) Там Иголкин.

(59) Мы с Ефимом осторожно раздвигаем кусты и видим, что на дорожке, как раз под нами, идёт Иголкин с каким-то мальчишкой. (60) Мы замерли. (61) Они же, как нарочно, остановились.

— (62) Поедем мы с тобой на рыбалку, непременно поедем, — почему-то не очень весело говорил Иголкин, — вот погоди, спадёт вода, да и у меня в школе работы поубавится…

— (63) Ничего не поубавится! — сердито возразил мальчишка. — (64) И мама говорит, что ты с утра до вечера в школе пропадаешь, а у тебя здоровье… (65) Ты вон каждый вечер лекарства пьёшь. (66) И чего ты за них переживаешь? (67) Они же тебя терзают, просто изводят!

(68) «Терзают»… (69) «Изводят»… (70) Эти с горечью и гневом произнесённые маленьким мальчишкой слова как-то остро резанули. (71) Я воспринял их как слова, направленные непосредственно в нас. (72) И мне стало не по себе.

— (73) Они ещё несмышлёныши, — возразил наш учитель. — (74) Вроде тебя. (75) Ты пойми, ведь некоторые из них, совсем безнадёжные, стали понимать, соображать, у них появился интерес к математике. (76) Да, да, я вижу. (77) А ты лучше посмотри, как красиво!

(78) Он стоял в своей обычной горделивой позе, с правой рукой за бортом пиджака, и смотрел на реку, на заволжские дали. (79) Он словно возвращал нас к этой стихии, к этому врачующему душу простору, перед которым хотелось избавиться от всякой скверны. (80) Пусть её и не слишком много накопилось к тому времени в наших ребячьих душах, но избавиться хотелось решительно, полностью, раз и навсегда.

(81) Когда мальчишка взял Иголкина за руку и повёл прочь, мы услышали ещё несколько фраз.

— (82) А ты бы смог подбить три танка?

— (83) Хватит мне и одного.

— (84) А он сколько раз по тебе выстрелил?

— (85) Раза три, точно не помню…

(86) Голоса их поглотил весенний разноголосый шум сада. (87) Мы вылезли из кустов, спустились вниз на дорожку. (88) Играть расхотелось. (89) Не сговариваясь, присмиревшие, мы молча пошли к Волге…

(По И. Ф. Смольникову)

Игорь Фёдорович Смольников (род. в 1930 г.) — писатель, автор более двадцати книг, а также разнообразных очерков и статей, посвящённых преимущественно литературе и изобразительному искусству.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. С помощью автоматов невозможно было противостоять вражеской авиации.

2. Вырытые в земле узкие щели надёжно защищали людей от авиаударов.

3. Описанный рассказчиком день был ясным и солнечным.

4. Лёжа в вырытой траншее, рассказчик думал о своих родных.

5. Немецкие самолёты можно было распознать по характерному завыванию моторов.

— (1) Семнадцать, восемнадцать, девятнадцать… (2) Двадцать семь… (3) Откуда их столько взялось!

— (4) Не меньше полусотни, — сказал я.

(5) Мы стали на край узкой щели, готовые спрыгнуть туда, когда придёт момент. (6) Она была узкая и глубокая, как могила, и очень неуютная, а после вчерашнего дождя в неё натекла вода, но всё же было очень благоразумно заранее выкопать хоть такую щель.

(7) Мерный рокот авиационных моторов рос и ширился, заполнял пространство, десятки тысяч лошадиных сил несли по воздуху сотни тонн бомб, чтобы в сознании собственного превосходства и безнаказанности сбросить их на наши головы.

(8) В тяжкий гул вмешались одиночные винтовочные выстрелы, несколько раз бухнули противотанковые ружья, и где-то нервно и коротко прострочили из бесполезного автомата. (9) Гул моторов перекрывал все остальные звуки: «юнкерсы» шли чётким строем, тройками, одно звено за другим, всё небо было полно самолётов, маленькие, тонкие «мессеры» вились между тяжело нагруженными машинами. (10) Рокот нарастал, и в этом рокоте стало различимо заунывное подвывание — верный признак немцев. (11) Самолёты всё шли, их было и в самом деле не менее пятидесяти, и было удивительно: неужели такая громада вся против нас, таких маленьких и беззащитных, у которых нет ничего для спасения, кроме этой ненадёжной щели.

— (12) Сюда летят, — сказал Артёменко.

(13) Доктор зачем-то застегнул шинель на все пуговицы, потом опять распахнул её. (14) Он заметно побледнел.

(15) Первая партия развернулась от ярко сияющего солнца, выстроилась и стала медленно кружить, как будто высматривая что-то на земле. (16) Спокойное ясное небо голубело в самой вышине. (17) А земля загудела и забилась дрожью, отзываясь на неумолчный глухой вой и рокот. (18) Вот первая тройка, клюнув носом, стремительно пошла в пике. (19) Самолёты падали чуть ли не до самой земли, а затем взмывали кверху, показывая нам своё бронированное брюхо и жёлтые концы крыльев, и от них оторвался и понёсся вниз нарастающий пронзительный визг, и донеслись тупые удары, и за ближними хатами встали развесистые синие с чёрным дымы, шурша прилетел издалека и упал около нас обессилевший осколок, и следующая тройка вышла в пике — прямо на нас.

(20) Артёменко дёрнул меня за руку, и мы оба свалились в щель, где уже лежал доктор, и закрыли головы руками, и бомбы с визгом пролетели над нами одновременно с ревущим «юнкерсом» и взорвались где-то совсем недалеко, ослепительно блеснуло, и посыпались грязь и осколки, и щель заволокло синим дымом.

— (21) Перелёт, — приподнялся было я, но поскорее опять уткнулся в сапоги доктора, потому что «юнкерс» — тот же самый или другой — страшно низко прошёл над нами, стреляя, и видно было, как из втулок пропеллеров вырываются короткие язычки огня, и опять провизжало над нами и пробарабанило по земле.

(22) А потом пошло светопреставление: грохот близких и далёких взрывов, вспышки пулемётных очередей, лай автоматических пушек, рокот и вой пикирующих самолётов, и прилетали на край щели тихие осколки и комья земли, и дым закрыл небо, и в голову не приходило ничего, кроме того, что прямое попадание в щель не такая уж невозможная штука. (23) Мы лежали на самом дне, сжавшись в комок, и старались не думать и не дышать.

(24) Грязные подошвы докторских сапог оказались у меня как раз под щекой и пачкали всё лицо, но отодвинуться от них было некуда, да и незачем. (25) Какое это имело значение, когда каждую секунду от нас могло ничего не остаться? (26) Человечество исчезло. (27) Человечество и мир ограничивались четырьмя могильными стенками, покрытыми полужидкой слизью, лужей воды под животом, тремя скрюченными телами, в которых пока ещё теплилась жизнь, и этими сапогами у самых глаз. (28) Подошвы сапог придвигались всё ближе и ближе и разрастались до гигантских размеров. (29) Они поглощали всё остальное.

(30) Былые детские мечты о счастливом будущем, искания правды в служении прекрасному, высокомерные юношеские планы покорения вселенной путём создания прекрасных произведений искусства — всё, чем когда-то была заполнена моя недолгая жизнь, сплющивалось, сжималось до степени конспектов и полностью умещалось на поверхности этих подошв, подбитых железными подковками и облепленных жёлтой глиной. (31) Да и не были ли они последним, что мне суждено видеть на этом свете, — торчащие перед глазами подкованные подошвы?… (32) Холодная земля, спасающая от бомб, и пара сапог — больше ничего. (33) Остальное осталось там. (34) Снаружи. (35) Но там сейчас грохот и вой и тоже больше ничего.

(36) Близость смерти вдруг замкнула наше существование в узкую, как мышеловка, рамку, по обеим сторонам которой больше ничего не было. (37) Исчезло прошлое, и под сомнением оказалось будущее. (38) Только грохот и вой — больше ничего… (39) И земля ходит ходуном, трясётся и вот-вот сойдётся вверху над нами, окончательно похоронив.

(40) Мне показалось, что я задыхаюсь.

(По Б. Д. Сурису)

Борис Давыдович Сурис (1923–1991) — историк искусства и коллекционер графики, автор научных исследований о русских художниках XX века. Участник Великой Отечественной войны, автор книги «Фронтовой дневник».

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Все друзья рассказчика погибли на фронтах Великой Отечественной войны.

2. Счастливую весть об окончании войны 9 мая 1945 года рассказчик, работавший тогда военным корреспондентом газеты «Труд», услышал в Германии.

3. Бесстрашный генерал армии Черняховский был командующим 3-м Белорусским фронтом.

4. В пору юности рассказчика книги Марселя Пруста, Ивана Бунина, Андрея Платонова были малодоступны.

5. В детстве рассказчик увлёкся книгой «Три мушкетёра», причём любимым героем для него стал Д’Артаньян, на которого ему хотелось походить.

(1) Я обязан матери не только прямо и твёрдо унаследованными чертами характера, но и основополагающими качествами своей человеческой и творческой личности, вложенными в меня ещё в раннем детстве и укреплёнными всем последующим воспитанием. (2) Это умение ощущать драгоценность каждой минуты жизни, любовь к людям, природе и животным.

(3) В литературном научении я всем обязан отчиму, и если плохо воспользовался его уроками, то это целиком моя вина. (4) Отчим приучил меня читать только хорошие книги. (5) Жюль Верн, Вальтер Скотт, Диккенс, Дюма, русские классики и, конечно, «Дон Кихот», «Робинзон Крузо», «Гулливер» — литература моего детства. (6) Позже к ним присоединились Шекспир, Шиллер, Гёте, Бальзак, Стендаль, Флобер, Мопассан. (7) А затем отчим открыл мне Марселя Пруста, Ивана Бунина, Андрея Платонова. (8) В ту пору по разным причинам эти авторы, ставшие для меня наряду с Достоевским и Лесковым первыми среди равных, были малодоступны. (9) Отчим научил меня думать о прочитанном.

(10) Я неистово увлекался «Тремя мушкетёрами», не столько самим романом, сколько идеей дружбы, так обаятельно воплощённой в его героях. (11) Это увлечение на несколько лет окрасило мою жизнь, я жил в двух образах: обычного московского школьника и Д’Артаньяна. (12) А мои друзья Павлик, Борька и Колька стали соответственно Атосом, Портосом, Арамисом. (13) Впрочем, Арамис оказался образом составным, в какое-то время Колька уступил место Осе Роскину. (14) У нас были мушкетёрские плащи, шляпы с перьями, шпаги с красивыми эфесами. (15) Но главное не в бутафории, эти друзья моего детства, отрочества, юности дали мне сполна то, что Экзюпери называл «роскошью человеческого общения».

(16) Судьба моих друзей была трагична: Павлик и Ося погибли на фронтах Отечественной войны, Колька — в Освенциме. (17) Мы с Борисом, отвоевав, не смогли вновь наладить дружбу, слишком остро чувствуя рядом с собой зияющую пустоту.

(18) В день окончания войны, 9 мая 1945 года, я был в Москве. (19) Я работал тогда военным корреспондентом газеты «Труд», и мне услышать бы счастливую весть где-нибудь в Германии, а не в доме на улице Горького возле Моссовета, но контузия опять дала о себе знать, и с последней поездки на 3-й Белорусский фронт, когда погиб командующий войсками этого фронта бесстрашный генерал армии Черняховский, я всерьёз и надолго вышел из строя. (20) Но когда прозвучали по радио заветные слова, всю мою хворь, и физическую, и душевную, как рукой сняло. (21) Я оказался на запруженной, ошалелой улице, со странным, острым наслаждением растворившись в толпе. (22) Я никогда не испытывал такого счастья.

(23) Помню, мы обнимались и целовались с незнакомыми людьми, орали, смеялись, плакали, пели песни, а мыслей не было, одно неохватное чувство, и не было скорби об ушедших, всё исчезло в одуряющем счастье. (24) Мне трудно было написать слова об ушедших, забытых в те минуты. (25) Но это вовсе не забывчивость в ходовом смысле слова, они просто были с нами, они встали из могил и замешались в уличную толпу. (26) Мне кажется, я ничуть не удивился бы, столкнувшись в толчее с теми, кто погиб, чью гибель удостоверили похоронки, а порой и мои собственные глаза. (27) И скажу — это не выдумка, не литературный приём, а правда того единственного на всю жизнь переживания.

(28) И так больше уж никогда не было. (29) Перестала кружиться хмелем радости голова, вера в то, что войны больше нет, прочно вошла в разум, сердце, тело, и с этой остудью явились все погибшие, и боль стала навсегда неотделима от радости, гордости. (30) Я потерял на войне двух своих лучших друзей — Павлика и Оську, и потеря эта осталась невосполнимой.

(31) Общеизвестна поговорка: нет незаменимых людей. (32) А истина в том, что нет заменимых людей: каждый человек — неповторимое чудо. (33) Двадцать миллионов жизней — дорогая плата даже за такую победу. (34) Когда-то Виктор Астафьев сказал о фронтовиках: «Давайте помолчим, пусть говорят те, ради которых мы умирали».

(35) Для многих война — это уже история, но для тех, у кого она мозжаще засела в костях, застряла свинцом в теле, свинцом утрат в сердце и вечным отягощением рассудка и памяти, она никогда не станет прошлым.

(По Ю. М. Нагибину*)

*Юрий Маркович Нагибин (1920–1994) — русский писатель-прозаик, журналист и сценарист.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Двадцать пять моряков-десантников Черноморского флота вели несколько суток неравный бой с немецким гарнизоном, укрепившимся в приморской деревне и в горах.

2. В декабре 1941 года огневая точка моряков-десантников в течение нескольких дней располагалась в саду возле дома-музея, хранительницей которого была Ольга Ивановна.

3. Ольга Ивановна предоставила дом для раненых моряков, чтобы они могли восстановить силы, перевязывала и кормила раненых.

4. Все моряки-десантники погибли, и последний раненый матрос, понимая, что немцы, засевшие в горах, ведут прицельный огонь, выполнил свой воинский долг.

5. Памятник погибшим морякам стоит на берегу моря и представляет обычного типа цементный обелиск.

(1) Одна в тёмном нетопленом доме, Ольга Ивановна, как обычно, коротала бесконечно длинную декабрьскую ночь на турецком диване в мастерской, завернувшись в старый вытертый плед. (2) Перед рассветом она забылась, и вдруг её разбудила стрельба под окном. (3) Когда рассвело, Ольга Ивановна, дрожа от холода и страха, выглянула из дома. (4) Буря вырвала из её рук трясущуюся дверь и распахнула настежь.

(5) Штормовой прибой волок по обледеневшему берегу разбитую десантную шлюпку. (6) Множество тяжёлых следов, пробивших ледяную корку пляжа, виднелось на изуродованном песке. (7) Следы вели в сад и дальше. (8) Но в саду уже никого не было. (9) Лишь поломанные кусты тамариска показывали направление, в котором действовал десант. (10) Теперь уже бой шёл в деревне, откуда моряки выбивали немецкий гарнизон.

(11) В саду свистели шальные пули. (12) Шторм неистовствовал. (13) Горы стонали. (14) Это горел дальний город. (15) Норд-ост приносил оттуда грохот взрывов, потрясавших окрестности.

(16) Ольга Ивановна бросилась обратно в дом, с трудом заперла за собой дверь, прислушиваясь к звукам боя, которые то приближались, то удалялись, то надолго смолкали, то вдруг начинались с новой силой. (17) А шторм продолжал бушевать ещё злее. (18) Брызги, замерзая на лету, как крупная дробь, секли стены дома и выбивали стёкла.

(19) На вторую или третью ночь Ольга Ивановна вдруг почувствовала, что в ходе боя произошёл какой-то зловещий перелом: с гор по деревне ударили немецкие пулемёты, а затем ручные гранаты стали рваться в саду. (20) И всё повторилось, как в первую ночь, но только в обратном порядке. (21) Когда автоматы застрочили на пляже, Ольга Ивановна поняла, что моряки отступают. (22) Видимо, их осталось совсем мало. (23) Их огонь становился всё слабее и реже.

(24) Внезапно раздался резкий стук в дверь. (25) Стучали прикладом. (26) Тогда она, повинуясь непреодолимому чувству, более сильному, чем страх, открыла наружную дверь и увидела моряка в расстёгнутом бушлате. (27) Вдруг он пошатнулся, но сделал усилие, удержался на ногах и, еле шевеля побелевшими губами, проговорил:

— Надо перевязаться.

(28) Он был ранен в грудь навылет, под левую ключицу. (29) Пуля пробила плечевой сустав. (30) Помятая осколками каска свалилась с его стриженной под машинку головы, и на лбу блестел холодный пот, хотя всё его по-юношески худощавое тело дрожало и пылало, как печка. (31) Но едва Ольга Ивановна окончила перевязку, он вскочил на ноги. (32) Моряк левой рукой поправил на втянутом животе пряжку с якорем и подобрал с пола автомат.

— (33) Всех побили, один я остался, — сказал он голосом, осипшим от боли. — (34) У вас тут музей, что же вы меня не предупредили? (35) А я было тут огневую точку наметил. (36) Могли бы в бою что-нибудь покарябать. (37) Извините. (38) Пойду.

(39) И он пошёл, с трудом передвигая ноги в резиновых сапогах. (40) В дверях он остановился, словно в последний раз в жизни желая посмотреть на мир, из которого уходил.

(41) Ольга Ивановна бросилась к нему, стала уговаривать остаться. (42) Она хотела его спасти. (43) Она обещала спрятать его в погреб, выходить, вылечить, выкормить. (44) Она клялась, что никто ничего не узнает. (45) Она шептала, что идти «туда» бесполезно, что всё уже кончено и он только напрасно погибнет. (46) Наконец, она требовала как врач, чтобы он остался.

(47) Моряк осторожно освободился от её объятий, поправил левой рукой каску. (48) С неодобрительной, строгой и вместе с тем насмешливо-ласковой улыбкой он сказал:

— Эх, мамаша, разве от войны спрячешься? (49) Нам это не положено.

(50) Затем он вышел из дома — она слышала его тяжёлые шаги в резиновых сапогах по звенящей гальке, — лёг за пулемёт только что убитого товарища, исправил перекос ленты и через несколько минут сам был убит — последний из двадцати пяти моряков десанта.

...(51) Рассказывая это, Ольга Ивановна смотрела на меня широко открытыми синими глазами, из которых катились слёзы. (52) Под нами с шорохом раскачивались ветви розовой акации, покрытые одновременно и цветами, и витыми стручками семян. (53) На дорожке звенела галька под ногами бегающих детей. (54) Раздавались редкие удары теннисного мяча. (55) Покрытый пылью автобус вёз курортников с пляжа.

(56) Памятник погибшим морякам представляет собой обычного типа цементный обелиск. (57) Он окружён якорной цепью, повешенной между четырьмя корпусами мин, распиленных пополам. (58) На обелиске, стоящем на берегу моря, надпись: «Вечная слава героям — 25-ти морякам Ч.Ф., павшим в боях за свободу и независимость нашей Родины».

(59) К подножию этого памятника вечной славы свободные и независимые люди приносят пучки бессмертников или же венки, свитые из колосьев пшеницы, веток душистой полыни, дикой мальвы.

(По В. П. Катаеву)

Валентин Петрович Катаев (1897–1986) — русский советский прозаик, поэт и драматург, киносценарист, журналист, военный корреспондент.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Андрей Андреевич много лет проработал учителем и знал, что воспитывать должна семья, а главная задача школы — давать знания.

2. Учитель понимал, что после уроков истории в душах его учеников должно сохраниться чувство связи с народом.

3. Андрею Андреевичу не приходилось долго готовиться к урокам: он и так всё помнил, так как часто рассказывал одно и то же.

4. Учитель чувствовал огромную радость, понимая, что на каждом уроке открывает что‑то новое для своих учеников.

5. Андрей Андреевич любил свою работу за то, что она позволяла ему постоянно действовать, давала ощущение вечного движения.

(1) Каждый класс был особенный. (2) Ученики не повторялись.

(3) Менялись задачи, решения которых требовала жизнь. (4) Одно оставалось неизменным: Андрей Андреевич был убеждён, что главное учительское его назначение — воспитывать.

(5) Что стоят знания истории, зачем они в практической жизни, если в головах учеников не сложится взгляда на народную жизнь, отношения к своему народу, без которого нет Родины, жизни и будущего? (6) Невольно, кем станет когда‑то тот или другой ученик — рабочим или министром, важно, чтобы от уроков истории в душе его навек сохранилось чувство связи с народом!

(7) Разумеется, Андрей Андреевич не пускался в подобные рассуждения со своими учениками.

(8) Урока едва хватало нарисовать картину труда, подвигов, жизни народа. (9) Андрей Андреевич заботился о том, чтобы она была ясна и отчётлива и наполнена теми живыми подробностями, которые заставляли ребят сидеть, разинув от удивления рты. (10) И сколько приходится рыться в книгах и рукописях, архивах, газетах, чтобы находить эти подробности! (11) Как было бы скучно, если бы не надо было этого делать!

(12) Андрей Андреевич любил школьное преподавание ещё потому, что каждый урок для ребят — единственный, первый. (13) Учитель — открыватель неведомого, и есть в этом ни с чем не сравнимая радость. (14) Андрей Андреевич был страстным учителем, он любил тишину, часы уединения, не терпел суеты и пуще всего боялся лишних слов.

(15) Итак, новый класс, — вспомнил он свой седой боевой.

(16) Физиономия класса не совсем ещё была ему ясна, но некоторых ребят он начинал различать.

(17) Юрий Брагин. (18) Лучший ученик. (19) Андрей Андреевич представил серые, чуть насмешливые глаза красивого мальчика, высокий лоб, выражение ума и бойкой уверенности во всём его облике. (20) Не бывало случая, чтобы Брагин не понял или чего-нибудь не знал на уроке.

(21) «Здоровенные у тебя, друг, способности!» — с удовольствием подумал Андрей Андреевич.

(22) Женя Горюнов. (23) Этот — мечтатель. (24) Лет до тридцати промечтает, а там, глядишь, откроет что-нибудь, да такое, что целый свет ахнет.

(25) Толя Русанов, который даже отвечать к учительскому столу выходит с приплюсом. (26) Загадочно молчаливый Коля Зорин. (27) Володя Новиков, безумно стеснительный, неловкий, самодовольный — застенчивость и самолююбие почти всегда рядом. (28) Кажется, впечатлителен — хорошо! (29) Значит — не равнодушен...

(30) Андрей Андреевич сидел за столом. (31) Фикус нависал над ним, как шатёр, прихотливо изогнутые ветви, на которых никогда не колышутся тяжёлые листья.

(32) Темнело. (33) За окном начался снегопад. (34) Беззвучно, медленно, сплошным потоком струились крупные белые хлопья. (35) Казалось, опускается и никак не опустится занавес.

(36) «Чего я не хочу, с чем не смирюсь, это — доживать в бездействии век, — неожиданно подумал Андрей Андреевич. — (37) Вот ещё за что я люблю школу. (38) Перепуту‑мобиль».

(По М. П. Прилежаевой*)

Мария Павловна Прилежаева (1903—1989) — советский прозаик, педагог, лауреат Государственной премии РСФСР.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. В день рождения мальчик мог не идти в гимназию, но должен был помочь кухарке принести дров.

2. Герой рассказа догадался, что подарок отец оставил в столовой, и отправился туда.

3. Так как мальчик сам выбрал подарок и сам поехал за ним на извозчике, он не пожалел о потраченных деньгах.

4. Мальчик не смог сделать обещанную красивую полочку, поскольку купленные принадлежности оказались плохого качества.

5. Желая порадовать сына, отец подарил ему деньги, хотя считал подобные подарки безнравственными.

(1) Наконец наступило 16 января, день моего рождения, который я каждый год ждал с таким нетерпением и такими надеждами. (2) Кроме подарков, этот день сулил мне ещё одну радость: я мог не идти в гимназию и валяться в постели сколько захочу.

(3) Я проснулся, когда в доме ещё все спали, и при слабом, предрассветном свете, как бы делавшем вокруг меня все предметы ещё более тёмными, чем ночью, прежде всего осмотрел плетёное сиденье стула возле моей кровати. (4) Я надеялся, что на нём, как всегда, уже с вечера положены для меня подарки.

(5) Подарков не было. (6) Я осторожно вылез из-под одеяла и на цыпочках — тёплыми босыми ногами по холодному полу — отправился на разведку в столовую. (7) Я надеялся, что подарки стоят на буфете или на обеденном столе. (8) На подоконниках, куда из щелей закрытых ставней уже проникал мутно-голубой робкий свет зимнего утра, подарков тоже не было.

(9) Странно!

(10) Меня же не разбудили, значит, день моего рождения всё же не отменён, и это меня немного обнадёжило. (11) «Если даже и отменён, то всё-таки не полностью: в гимназию можно не идти — и то хорошо», — подумал я…

(12) Мне пришла счастливая мысль, что, может быть, папа положил маленький подарок под мою подушку. (13) Я засунул руку под подушку и сразу же почувствовал, что там лежит что-то совсем небольшое, похожее на ощупь на миниатюрный мешочек. (14) Я проворно вытащил из-под подушки руку, в которой был действительно зажат небольшой, весьма неказистый замшевый кошелёчек, из которого я достал монету…

(15) Да! (16) Это были самые настоящие золотые пять рублей! (17) Я знал, что папа считает безнравственным дарить детям деньги, которые развращают человека. (18) Он часто высказывал эту мысль. (19) И тем не менее он подарил мне деньги — целых пять золотых рублей.

(20) Я клал пятирублёвую монетку на ладонь и любовался её блеском, жёлтым, ярким, свойственным одному лишь золоту. (21) И я владел этим золотом! (22) Я был готов любоваться этим тяжёлым кружочком, этим своим сокровищем бесконечно; однако сила и власть, заключённые в золоте, уже овладели мною, моей бессмертной, свободной душой. (23) Папа был прав, что деньги развращают. (24) Я уже был развращён.

(25) Я поехал на извозчике в город и через полтора часа, показавшиеся мне вечностью, вернулся домой. (26) На пуговице моей шинели висел пакет с покупками: лобзик для выпиливания и дрель для просверливания дырочек, несколько пачек тоненьких пилочек для лобзика; под мышкой у меня были два листа тонкой фанеры, свёрнутой в трубу, перевязанную шпагатом.

(27) Похваставшись перед кухаркой своими покупками, я пообещал ей выпилить красивую узорчатую полочку для кухни и сейчас же принялся за дело. (28) Однако выпилить лобзиком изящные узоры оказалось мне, к сожалению, не под силу. (29) Тонкие пилочки лопались, злополучные винты лобзика плохо закручивались, дрель с трудом просверливала в фанере необходимые дырочки, да и сама фанера была твёрдая, неровная; видно, продавец в лесном складе на привокзальном базаре здорово меня надул.

(30) Я поранил палец и забросил все свои материалы и принадлежности для выпиливания древнерусских национальных узоров из фанеры в чулан, где они, наверное, пролежали бы до сих пор, если бы дом в Отраде, где мы тогда жили, не был снесён с лица земли немецкой фугаской в 1941 году. (31) Там торчали лишь остатки обгорелого дуба, который некогда так красиво рос перед нашим балконом.

(32) Меня утешало, что покупки стоили сравнительно не очень дорого. (33) Осталась сдача — рубля два с чем-то…

(34) Ну, а потом всё было как полагается: торт, дымящийся шоколад в нарядных именинных чашках, бисквиты.

(35) А золотой монетки всё-таки было ужасно жалко… (36) Как я поторопился с ней разделаться!..

(По В. П. Катаеву)

• Валентин Петрович Катаев (1897–1986) — русский советский писатель, драматург, киносценарист, военный корреспондент. Широко известны такие произведения автора, как повесть «Белеет парус одинокий» (1936) и роман «Алмазный мой венец» (1978).

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Всеволод Михайлович Муравьёв был дальним родственником мамы рассказчика.

2. Тётя рассказчика не ожидала, что родные мужа откажут ей в ночлеге.

3. В комнате, предоставленной Всеволодом Михайловичем, семья рассказчика прожила только один год.

4. Всеволод Михайлович по собственной инициативе посещал курсы военной подготовки, на которых очень уставал.

5. Отец рассказчика в то время, как они жили в эвакуации, был на фронте.

(1) Положение у нас было неплохое — для того страшного лета сорок первого года. (2) Нас вывезли из Витебска и переправили в Смоленск, там погрузили на открытые платформы и с тысячами других беженцев повезли на восток.

(3) Через две недели наше семейство высадилось в Куйбышеве. (4) По пыльным улицам, булыжнику и раскалённому асфальту мы еле дотащились до зелёного дворика, внутри которого притаился двухэтажный дом. (5) Хотелось пить, хотелось в тень. (6) Мы устали, и за две недели нас и пропылило, и пропесочило, и проуглило, ведь всю гарь и несгоревший уголь от паровоза валило на нас. (7) А в глубине двора под деревьями и кустами таилась прекрасная, прохладная чащоба для игр. (8) Две мои сестры смотрели туда же, их одолевали те же чувства. (9) А брат был слишком мал, чтобы присоединиться к нам. (10) Он беспокойно таращился на дверь дома, за которой исчезла его мать, моя тётка.

(11) И вот наконец показалась тётушка. (12) Она медленно прошла к лавочке, которую заняла наша изнурённая команда, и опустилась рядом с моей матерью. (13) Слишком растерянным, каким-то перевёрнутым было её лицо.

— (14) Не пускают? — упавшим голосом спросила мама.

— (15) Ты скажи, мы только на одну ночь, мы подыщем жильё…

— (16) Я говорила.

— (17) У нас ведь дети.

— (18) Я говорила, — сказала тётушка и заплакала.

(19) Она была ошеломлена. (20) Это она уговорила сестру не ехать далеко на Урал, а высадиться поближе: как-никак в Куйбышеве родные, брат мужа с семьёй, уж на первое-то время приютят, да и вообще лучше остановиться в городе, где есть родственники.

(21) За то время, что мы топали пешком и ехали на восток, я как-то ни разу не тревожился о ночлеге. (22) Где-нибудь и как-нибудь переночуем! (23) Мы ночевали даже на кафельном полу какой-то железнодорожной станции. (24) Я заснул тогда мгновенно, а проснулся оттого, что из-под меня рванули этот кафель: немцы на заре бомбили станцию.

(25) Там, под Витебском и Смоленском, мы уходили от этих взрывов, от чёрных стервятников с крестами на крыльях, уходили в толпах таких же беженцев, что и мы. (26) Уходили от воя самолётов и выстрелов, от смрада горящих цистерн, от разбитых домов и срезанных осколками деревьев. (27) А здесь была тишина, мирные улицы и дома, такие же, как мы оставили там, в своём родном городе, за чертой смерти. (28) Но всё это спасение, вся эта благодать оказались для нас недоступны.

(29) Брат на руках тётушки жалобно заплакал: он хотел пить. (30) И в этот отчаянный момент из дверей дома вышел человек. (31) У человека были карие глаза и застенчивая улыбка.

— (32) Может быть, вы согласитесь пойти ко мне? — спросил он не очень уверенно.— (33) Это недалеко, мы через дворы пройдём. (34) Комнатка, правда, у меня не ахти, да я живу один, не помешаю. (35) Помоетесь, отдохнёте с дороги. (36) Ну, как? (37) Пойдёмте?

(38) Всеволод Михайлович — так звали человека — привёл нас в свою комнату, показал, где что, и быстренько ушёл, сославшись на дела, а мы остались в доме, где суждено было нам провести четыре военных года.

(39) Дядя Сева сразу решил главные наши проблемы. (40) Свою комнату он предоставил нам в полное наше распоряжение. (41) Уходил рано утром, приходил поздно, осторожно стучал и пристраивался с книгой на стуле возле двери. (42) А размещались мы в его восьмиметровой комнате на ночь так: четверо на диване — поперёк, с поставленными для ног стульями, двое у окна — на диванных подушках, половиках и одеяле, и хозяин — на матрасе у дверей. комнате на ночь так: четверо на диване — поперёк, с поставленными для ног стульями, двое у окна — на диванных подушках, половиках и одеяле, и хозяин — на матрасе у дверей.

(43) С дядей Севой мы прожили до лета 1942 года. (44) Всё это время он ходил на работу в свою газету — он был журналистом, а свободные часы проводил на военной подготовке. (45) Он был сугубо штатским, мирным человеком, уже не очень молодым, с какой-то застарелой хворью. (46) Военная подготовка давалась ему нелегко, и он с юмором рассказывал вечером у кухонного стола, как нынче швырял гранату (да не дошвырнул) или как полз по-пластунски под колючей проволокой (и порвал пальто). (47) Это было не очень смешно, потому что приходил он с этих занятий до предела вымотанный, съедал свой ужин и сразу засыпал.

(48) То ли из-за своего здоровья, то ли из-за работы дядя Сева имел бронь. (49) И вот эта бронь, ради которой некоторые шли на всё, была самой главной отравой его жизни. (50) Он рвался на фронт, а его не пускали. (51) Он писал заявления и в военкомат, и своему начальству, а ему отказывали. (52) Но, несмотря ни на что, дядя Сева всю осень, зиму и весну ходил на военную подготовку, чтобы иметь, как он говорил, главный козырь.

— (53) Ничего, — посмеивался дядя Сева, — скоро я буду настоящим пехотинцем. (54) Тяжело в ученье — легко в бою. (55) Верно? (56) Кто это сказал?

(57) Он всегда обращался ко мне, а я с удовольствием ему отвечал, если, разумеется, знал ответ. (58) И я знал, что, когда бы он ни пришёл, для меня непременно будет интересный разговор: о самолётах, партизанах или, чаще всего, о военных действиях на фронте. (59) Уж дядя-то Сева разбирался в этом лучше всех наших знакомых. (60) И сведения у него были самые горячие, из редакции, те, что только наутро появлялись в газетах.

(61) Я читал ему письма отца. (62) Каждый раз, приходя с работы, дядя Сева спрашивал, нет ли писем от отца. (63) Свежее письмо мы ещё раз читали вслух. (64) Это совместное чтение сближало нас ещё больше. (65) Ближе дяди Севы не было для меня человека в Куйбышеве. (66) Кроме, разумеется, мамы и родной сестры.

(67) Это было в 1942 году. (68) И в этом же году, летом, дядя Сева пришёл однажды домой днём, в неурочное время, возбуждённый и широко улыбающийся.

— (69) Ну вот, дорогие мои, — громко сказал он, — можете меня поздравить. (70) Я ухожу на фронт.

(71) Он посмотрел на меня, и у меня задрожали губы. (72) Дядя Сева, перестав улыбаться, сказал другим, усталым голосом:

— Не могу я сидеть в редакции, когда немец лезет к Волге.

(73) Я запомнил и этот глухой, усталый голос, и эти слова, и его лицо, с крупными, мягкими и добрыми чертами, которые в этот момент стали чужими, неласковыми.

(74) Через два месяца на мамино имя прислали извещение. (75) В нём было написано, что Всеволод Михайлович Муравьёв, проявив мужество и героизм, верный военной присяге, пал смертью храбрых в борьбе за Советскую Родину.

(76) Его убило в первой же атаке, на подступах к Сталинграду, куда был брошен его пехотный полк.

(По И. Ф. Смольникову*)

*Игорь Фёдорович Смольников (род. в 1930 г.) — писатель, автор более двадцати книг, а также очерков и статей, посвящённых преимущественно литературе и изобразительному искусству.

Какие из высказываний не соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Пятеро мальчиков подарили цветы незнакомому человеку за прекрасное исполнение песен.

2. Илларион Певцов был тяжёлым заикой, но сила воли и страсть к искусству помогли ему стать замечательным актёром.

3. Люди насмехались над заикающимся юношей, считали его полоумным.

4. Иногда у Иллариона Певцова бывали срывы, но он не отчаивался.

5. Певцов был высокомерным человеком и с негодованием отверг подаренные ему букеты из осенних листьев.

(1)В один прекрасный день мы – пять девочек – карабкаемся на Замковую гору. (2)В руках у нас большие пёстрые букеты разноцветных опавших листьев – больше всего кленовых.

(3)Вдруг из-за обломков стены слышен мужской голос, глубокий, странно-певучий, полный страстного чувства.

(4)Мы словно окаменели. (5)Нас захватило дыхание большой любви, о которой почти поёт голос за стеной, читающий письмо Евгения Онегина.

(6)Только мы двинулись – из-за стены опять раздаётся тот же голос. (7)Теперь он читает – я узнаю с первых слов – монолог Чацкого из «Горя от ума». (8)Он читает всё так же певуче – ну совсем поёт! – но с гневом, с яростью оскорблённого чувства…

(9)Не сговариваясь, мы выбегаем из-за стены: мы хотим увидеть того, кто прочитал, почти пропел нам эти отрывки из Пушкина и Грибоедова.

(10)Мы выбежали – смотрим во все глаза: никого! (11)Ни Онегина, ни Чацкого… (12)Нет, впрочем, какой-то человек очень робко и застенчиво жмётся к тому обломку стены, из-за которой мы только что слушали чудный голос. (13)Это юноша лет шестнадцати – семнадцати, на нём старенькая, поношенная ученическая шинель, только пуговицы уже не форменные – значит, бывший ученик.

(14)Мы идём к нему, всё еще заворожённые тем, что слышали; нам не верится, что невидимый чтец – этот нескладный парень в обшарпанной бывшей ученической шинели. (15)Но он смотрит на нас – у него прекрасные глаза, необычно удлинённые к вискам, с глубоким, умным взглядом, – и мы понимаем: да, это он сейчас читал!

(16)Мы протягиваем ему свои пёстрые осенние букеты из листьев всех расцветок.

(17)Юноша очень смущён.

– (18)В-в-вы эт-то м-м-мне? (19)Ч-ч-что вы? (20)З-за что?

(21)Очень странно слышать: тот же голос – и так сильно заикается!

– (22)Нет, нет, пожалуйста, возьмите! – просим мы его хором.

(23)Юноша застенчиво пожимает плечами. (24)Потом берёт наш букет и улыбается нам хорошей, дружелюбной улыбкой:

– С-с-п-п-пасибо!

(25)И, неловко поклонившись, он быстро уходит, прижимая к груди наши смешные букеты из листьев. (26)Вот его шинель мелькнула в густой щётке кустов калины, вот он уже спускается с горы – исчез из виду.

(27)Теперь я знаю: юноша в затасканной ученической шинели был Илларион Певцов. (28)Он был тяжёлый и, как все считали, неизлечимый заика. (29)А он мечтал стать актёром! (30)И у него в самом деле был талант! (31)Он уходил за город, в лес, взбирался на горы; там он декламировал, читал монологи, отрывки из пьес. (32)Над ним насмехались, считали его полоумным. (33)Но он превозмог непреодолимое, он сделал невозможное: через пятнадцать – двадцать лет после этой нашей встречи с ним на Замковой горе он стал одним из самых замечательных русских актёров. (34)Бывали и у него срывы, полосы, когда он не мог играть, потому что лишался силы управлять своей речью и побеждать её недостаток. (35)И всё же он не отчаивался, у него не опускались руки!

(36)Когда я думаю о людях сильной воли, сильной страсти к искусству, я всегда вспоминаю его – чудесного актёра Иллариона Певцова. (37)И мне приятно думать, что наши смешные попугайно-пёстрые букеты из осенних листьев были, может статься, первыми цветами, поднесёнными ему на трудном, но победном пути.

(По А.Я. Бруштейн*)

• Александра Яковлевна Бруштейн – советский писатель, драматург, общественный деятель.

(1)Он упал на заборонованную мякоть огородной земли, не добежав всего каких-нибудь десяти шагов до иссечённого осколками белого домика с разрушенной черепичной крышей — вчерашнего «ориентира три».

(2)Перед тем он, разорвав гимнастёрку, пробрался сквозь чащу живой изгороди, в которой с самого начала этого погожего апрельского утра гудели, летали пчёлы, и, окинув быстрым взглядом редкую цепочку людей, бежавших к окраинным домикам, замахал руками и сквозь выстрелы крикнул:

— Принять влево, на кирху!

(3)Потом пригнулся, боднул воздух головой и, выронив пистолет, уткнулся лицом в тёплую мякоть земли.

(4)Сержант Лемешенко в это время, размахивая автоматом, устало трусил вдоль колючей, аккуратно постриженной зелёной стены ограды и едва не наскочил на своего распростёртого взводного. (5)Сперва он удивился, что тот так некстати споткнулся, потом ему всё стало ясно. (6)Лейтенант навсегда застыл, прильнув русоволосой головой к рыхлой земле, поджав под себя левую ногу, вытянув правую, и несколько потревоженных пчёл суетились над его неподвижной пропотевшей спиной...

(7)Лемешенко вбежал в довольно широкий заасфальтированный двор, на котором разместилось какое-то низкое строение, видно гараж. (8)Вслед за сержантом вбежали сюда его подчинённые: Ахметов, Натужный, Тарасов, последним трусил Бабич.

— (9)Лейтенанта убило! — крикнул им сержант, высматривая проход.

(10)В это время откуда-то сверху и близко прогрохотала очередь, и пули оставили на асфальте россыпь свежих следов.

(11)Пулемёты били по стене, по шиферной крыше гаража, бойцы распластались под деревьями на травке и отвечали короткими очередями. (12)Натужный выпустил с полдиска и утих: стрелять было некуда, немцы спрятались возле церкви, и их огонь с каждой минутой усиливался.

(13)Ахметов, лёжа рядом, только сопел, зло раздувая тонкие ноздри и поглядывая на сержанта. (14)«Ну а что дальше?» — спрашивал этот взгляд, и Лемешенко знал, что и другие тоже поглядывали на него, ждали команды, но скомандовать что-либо было не так-то просто.

— (15)А Бабич где?

(16)Сержант хотел было приказать кому-нибудь посмотреть, что случилось с этим увальнем, но в это время слева замелькали фигуры автоматчиков их взвода: они высыпали откуда-то довольно густо и дружно ударили из автоматов по площади. (17)Лемешенко не подумал даже, а скорее почувствовал, что время двигаться дальше, в сторону церкви, и, махнув рукой, чтобы обратить внимание на тех, кто был слева, рванулся вперёд. (18)Через несколько шагов он упал под вязом, дал две короткие очереди, кто-то глухо шмякнулся рядом, сержант не увидел кто, но почувствовал, что это Натужный. (19)Слева не утихали очереди — это продвигались в глубь парка его автоматчики.

(20)«Быстрее, быстрее», — в такт сердцу стучала в голове мысль. (21)Не дать опомниться, нажать, иначе, если немцы успеют осмотреться и увидят, что автоматчиков мало, тогда будет плохо, тогда они здесь завязнут...

(22)Пробежав ещё несколько шагов, он упал на старательно подметённую, пропахшую сыростью землю; вязы уже остались сзади, рядом скромно желтели первые весенние цветы. (23)Парк окончился, дальше, за зелёной проволочной сеткой, раскинулась блестящая от солнца площадь, вымощенная мелкими квадратами сизой брусчатки.

(24)В конце площади, возле церкви, суетились несколько немцев в касках.

(25)«Где же Бабич?» — почему-то назойливо сверлила мысль, хотя теперь его охватило ещё большее беспокойство: надо было как-то атаковать церковь, пробежав через площадь, а это дело казалось ему нелёгким.

(26)Автоматчики, не очень слаженно стреляя, выбегали из-за деревьев и залегали под оградой. (27)Далыше бежать было невозможно, и сержанта очень беспокоило, как выбраться из этого опутанного проволокой парка. (28)Наконец его будто осенило, он выхватил из кармана гранату и повернулся, чтобы крикнуть остальным. (29)Но что кричать в этом грохоте! (30)Единственно возможной командой тут был собственный пример — надёжный командирский приказ: делай как я. (31)Лемешенко вырвал из запала чеку и бросил гранату под сетку ограды.

(32)Дыра получилась небольшая и неровная. (33)Разорвав на плече гимнастёрку, сержант протиснулся сквозь сетку, оглянулся — следом, пригнувшись, бежал Ахметов, вскакивал с пулемётом Натужный, рядом прогремели ещё разрывы гранат. (34)Тогда он, уже не останавливаясь, изо всех сил рванулся вперёд, отчаянно стуча резиновыми подошвами по скользкой брусчатке площади.

(35)И вдруг случилось что-то непонятное. (36)Площадь покачнулась, одним краем вздыбилась куда-то вверх и больно ударила его в бок и лицо. (37)Он почувствовал, как коротко и звонко брякнули о твёрдые камни его медали, близко, возле самого лица брызнули и застыли в пыли капли чьей-то крови.

(38)Потом он повернулся на бок, всем телом чувствуя неподатливую жёсткость камней, откуда-то из синего неба взглянули в его лицо испуганные глаза Ахметова, но сразу же исчезли. (39)Ещё какое-то время сквозь гул стрельбы он чувствовал рядом сдавленное дыхание, гулкий топот ног, а потом всё это поплыло дальше, к церкви, где, не утихая, гремели выстрелы.

(40)«Где Бабич?» — снова вспыхнула забытая мысль, и беспокойство за судьбу взвода заставило его напрячься, пошевелиться. (41)Он понимал, что с ним самим случилось что-то плохое, но боли не чувствовал, только усталость сковала тело да туман застлал глаза, не давая видеть, удалась ли атака, вырвался ли из парка взвод.

(42)После короткого провала в сознании он снова пришёл в себя и увидел небо, которое почему-то лежало внизу, словно отражалось в огромном озере, а сверху на его спину навалилась площадь с редкими телами прилипших к ней бойцов.

(43)Он повернулся, пытаясь увидеть кого-нибудь живого, — площадь и небо качались, а когда остановились, он узнал церковь, недавно атакованную без него. (44)Теперь там уже не было слышно выстрелов, но из ворот почему-то выбегали автоматчики и бежали за угол. (45)3акинув голову, сержант всматривался, стараясь увидеть Натужного или Ахметова, но их не было. (46)3ато он увидел увальня Бабича и бежавшего впереди всех новичка Тарасова. (47)Пригнувшись, этот молодой боец ловко перебегал улицу, затем остановился, решительно замахал кому-то и исчез, маленький и тщедушный рядом с высоченным зданием кирки. (48)3а ним побежали бойцы, и площадь опустела.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Летним днём взвод, состоявший из четырёх человек, атаковал спрятавшихся в церкви немцев.

2. С лейтенантом произошёл несчастный случай: пробираясь сквозь изгородь во время атаки, он некстати споткнулся и упал на землю.

3. Выхватив из кармана гранату, Лемешенко крикнул своим подчинённым: «Делай как я».

4. Получившего ранение сержанта Лемешенко сменил молодой боец Тарасов, бежавший впереди всех.

5. Лемешенко, понимая, что с ним случилось что-то плохое, беспокоился о судьбе взвода.

(1)Под музыкой мы подразумеваем пение и игру на музыкальных инструментах. (2)Последнее есть только копировка, расширение и дополнение пения, и потому вопрос сводится к происхождению одного пения.

(3)Человек наследовал свои качества от предков, то есть от животных. (4)Пение — от певчих птиц, членораздельную речь — от попугаев и ворон, руки — от обезьян, ум — от слона и собаки, строительное искусство — от строителей гнёзд и нор, танцы — от глухарей и других птиц, коварство и жестокость — от хищных зверей, общественную любовь — от стадных животных, семейную — от целомудренных и заботливых птиц, любовь к украшениям, вещам, золоту и вообще красивому — от сорок и подобных птиц, делающих шалаши и украшающих их при брачных торжествах. (5)Экономность, предусмотрительность — от зимующих и запасливых животных и т. д.

(6)Кто склонен к пению, тот заметил, что разные чувства возбуждают разные музыкальные фразы. (7)Сколько чувств, столько и этих фраз. (8)Каждому чувству соответствует определённое сочетание звуков различной высоты. (9)Отчаяние, радость, любовь множества видов, безнадёжность, торжество в любви и в победе, удачи, неудачи, природа, её красоты и т. д. — всё это служит причиной пения с конкретной физиономией, или характером.

(10)Сколько же этих сочетаний звуков? (11)Положим, их 100. (12)Каждое из них рождается от одного и того же чувства.

(13)Наоборот, музыкальная фраза возбуждает одно определённое чувство. (14)Иногда неприятное, но большей частью приятное.

(15)Нагревание или охлаждение спая двух тел сопровождается электрическим током, и, напротив, ток возбуждает нагревание или охлаждение спая. (16)В науке мы на каждом шагу видим, что причина возбуждает следствие и обратно: следствие возбуждает причину. (17)Например, электрический ток рождает работу, но и работа рождает ток. (18)Точно так же пение возбуждает определённое чувство — и наоборот. (19)Вот почему эти сочетания звуков могут заставить людей плакать, стонать, смеяться, блаженствовать, гордиться, храбриться, впадать в отчаяние, любить и т. д.

(20)Музыкант или певец играет на человеческих чувствах, как хочет. (21)Чтение литературных произведений или рассказы людей также могут возбудить известные чувства и склонность к произведению музыкальных фраз.

(22)Это забытый язык. (23)Ему научаются, слушая музыку или пение. (24)Но он может возникнуть и самостоятельно, хотя не всегда и с некоторой трудностью и ограниченностью. (25)Человек, никогда не слыхавший музыки и пения, всё-таки может запеть под влиянием ощущений. (26)Так, не обучающийся наукам и искусствам всё-таки может проявить их в некоторой степени.

(27)Сократ говорил, что знание есть воспоминание ранее известного. (28)Отчасти это так. (29)Под влиянием различного чтения, речей или других внешних воздействий переменяются ощущения, мысли человека. (30)Изменяются и музыкальные фразы. (31)Человек поёт или играет сообразно действию внешнего или внутреннего мира. (32)Тогда получается сложная музыка, вызываемая сумбуром чувств.

(33)И наоборот, музыка служит причиной различных ощущений. (34)Впрочем, способность воспринимать и воспроизводить музыку крайне разнообразна, от нуля до степени болезненности. (35)Иные к музыке относятся как к шуму, но большинство как будто её действию подвергаются. (36)Однако и при одних чувствах музыкальные фразы у разных людей различны и число их или богатство разнообразно. (37)Иной народ имеет немного музыкальных фраз, другой много. (38)Так же влияет и возраст. (39)Дети поначалу не понимают музыки. (40)Обыкновенно сначала выучиваются говорить, а потом уже возникает чувствительность к музыке.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Автор текста полностью согласен с точкой зрения Сократа, что знание есть воспоминание ранее известного.

2. Игра на музыкальных инструментах представляет собой только копировку, расширение и дополнение пения.

3. Музыкант или певец может заставить людей проявлять те или иные чувства.

4. Сочетание звуков разной высоты находится в соответствии с определёнными чувствами.

5. Пение у человека не может возникнуть самостоятельно, пению нужно специально учиться.

— (1)Что же касается меня, господа, то я всегда с восторгом встречаю оправдательные приговоры, — сказал Михаил Карлович, садовник графа N. — (2)Я не боюсь за нравственность и за справедливость, когда говорят «невиновен», а, напротив, чувствую удовольствие. (3)Даже когда моя совесть говорит мне, что, оправдав преступника, присяжные сделали ошибку, то и тогда я торжествую. (4)Судите сами, господа: если судьи и присяжные более верят человеку, чем уликам, вещественным доказательствам и речам, то разве эта вера в человека сама по себе не выше всяких житейских соображений?

— (5)Мысль хорошая, — сказал я.

— (6)Но это не новая мысль. (7)Помнится, когда-то очень давно я слышал даже легенду на эту тему, — сказал садовник и улыбнулся. — (8)Мне рассказывала её моя покойная бабушка.

(9)Мы попросили его рассказать эту легенду.

— (10)В одном маленьком городке, — начал он, — поселился пожилой, одинокий и некрасивый господин по фамилии Томсон или Вильсон, — ну это всё равно. (11)Дело не в фамилии. (12)Профессия у него была благородная: он лечил людей. (13)Жители города были очень рады, что Бог наконец послал им человека, умеющего лечить болезни, и гордились, что в их городе живёт такой замечательный человек. (14)«Он знает всё», — говорили про него.

(15)Но этого было недостаточно. (16)Надо было ещё говорить: «Он любит всех!» (17)В груди этого учёного человека билось чудное, ангельское сердце. (18)Ведь жители города были для него чужие, не родные, но он любил их, как детей, и не жалел для них своей жизни. (19)У него самого была чахотка, он кашлял, но, когда его звали к больному, забывал про свою болезнь, не щадил себя и, задыхаясь, взбирался на горы, как бы высоки они ни были. (20)Он пренебрегал зноем и холодом, презирал голод и жажду. (21)Денег он не брал, и, странное дело, когда умирал пациент, то доктор шёл вместе с родственниками за гробом и плакал.

(22)Признательность жителей не имела границ. (23)В городке и его окрестностях не было человека, который позволил бы себе не только сделать ему что-нибудь неприятное, но даже подумать об этом.

(24)И вот этот человек, который, казалось, своею святостью оградил себя от всего злого, доброжелателями которого считались даже разбойники и бешеные, однажды был найден в овраге убитым. (25)Можете же представить себе теперь ту скорбь, какая овладела жителями города и окрестностей. (26)Все в отчаянии, не веря своим глазам, спрашивали себя: кто мог убить этого человека? (27)Судьи, которые проводили следствие, сказали так: «Здесь мы имеем все признаки убийства, но так как нет на свете такого человека, который мог бы убить нашего доктора, то, очевидно, убийства тут нет и совокупность признаков является только простою случайностью. (28)Нужно предположить, что доктор в потёмках сам упал в овраг и ушибся до смерти».

(29)Но вдруг, можете себе представить, случай наводит на убийцу. (30)Увидели, как один шалопай, уже много раз судимый, пропивал в кабаке табакерку и часы, принадлежавшие доктору. (31)Когда стали его уличать, он смутился и сказал какую-то очевидную ложь. (32)Сделали у него обыск и нашли рубаху с окровавленными рукавами и докторский ланцет в золотой оправе. (33)Каких же ещё нужно улик? (34)3лодея посадили в тюрьму. (35)Жители возмущались и в то же время говорили:

— Невероятно! (36)Не может быть! (37)Смотрите, как бы не вышло ошибки; ведь случается, что улики говорят неправду!

(38)На суде убийца упорно отрицал свою вину. (39)Всё говорило против него, и убедиться в его виновности было так же нетрудно, как в том, что земля чёрная, но судьи точно с ума сошли: они по десяти раз взвешивали каждую улику, недоверчиво посматривали на свидетелей, краснели, пили воду...

— (40)Обвиняемый! — наконец обратился главный судья к убийце. — (41)Суд признал тебя виновным в убийстве доктора такого-то и приговорил тебя к...

(42)Главный судья хотел сказать: «к смертной казни», но выронил из рук бумагу, на которой был написан приговор, вытер холодный пот и закричал:

— Нет! (43)Если я неправильно сужу, то пусть меня накажет Бог, но, клянусь, подсудимый не виноват! (44)Я не допускаю мысли, что мог найтись такой человек, который осмелился бы убить нашего доктора! (45)Человек не способен пасть так низко!

— (46)Да, нет такого человека, — согласились прочие судьи.

— (47)Нет! — откликнулась толпа. — (48)Отпустите его!

(49)Убийцу отпустили на все четыре стороны, и ни одна душа не упрекнула судей в несправедливости. (50)Пусть оправдательный приговор принесёт жителям городка вред, но зато, посудите, какое благотворное влияние имела на них эта вера в человека, вера, которая ведь не остаётся мёртвой: она воспитывает в нас великодушные чувства и всегда побуждает любить и уважать каждого человека. (51)Каждого!

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Горожане не были рады появлению в их городе пожилого, одинокого и некрасивого господина по фамилии Томсон.

2. Признательность жителей доктору с ангельским сердцем не имела границ — никто даже подумать не мог о том, чтобы сделать ему что-нибудь неприятное.

3. Судьи не поверили словам обвиняемого о том, что доктор в потёмках сам упал в овраг и умер от полученных ушибов.

4. Подсудимый не признавал своей вины, даже несмотря на то что все улики указывали на него.

5. Вера в человека имела благотворное влияние на всех жителей города, кроме главного судьи, который, вынося обвинительный приговор подсудимому, остался непреклонным.